::И ВСТАЛ МОШЕ В ВОРОТАХ СТАНА, И КРИКНУЛ: "КТО ЗА БОГА - КО МНЕ!":: (Тора, Шмот 32:26)
::Всякий, кто ревнует Закон и состоит в Завете, да идет вслед за мной":: (Первая книга Маккавеев, 2:27)

Комментарий к Торе, Книга Берешит, Недельный раздел Вайешев (часть 1)

  • Сообщить о ошибке
19-12-2011, 14:51 Разместил: jude Просмотров: 2 141
Комментарий к Торе
Книга Берешит
Недельный раздел Вайешев (часть 1)
Главы 37:1-40:23
В первой фразе главы сказано: “И поселился Яаков в стране проживания своего отца, в стране Кенаан...”.
И поселился на иврите — вайешев.
Рав Шимшон Рефаэль Гирш
Избранные комментарии на недельную главу Вайешев
Глава 37
2. (В возрасте 17 лет), будучи пастухом, он вместе с братьями пас овец. Лишь поденная работа пастуха сводила его с братьями, сыновьями Леи. Однако он был «юношей»; в годы становления его жизнь и надежды формировались в обществе сыновей рабынь, которых данный текст описывает не как его братьев, а как сыновей отцовских жен. Таким образом, мы видим перед собой юношу, который вырос без матери и без родных братьев и сестер, в отличие от остальных, знавших общество братьев и сестер и находившихся под защитой и руководством материнской любви. Йосэф, напротив, был один. Он рано потерял мать; Биньямин был ребенком и, следовательно, не компанией для юноши…
3…. не как «Яаков», но как «Израиль» он видел в Йосэфе лучшего из своих сыновей.
בן זקונים הוא לו — БЫЛ CЫHOM ЕГО СТАРОСТИ. Он считал, что продолжает жить в Йосэфе. Он видел в Йосэфе наследника своих собственных духовных достижений.
4. И НЕ МОГЛИ. Они не выносили, когда он по-дружески говорил с ними. Друзья не обижаются друг на друга, а при натянутых отношениях каждый с обидой воспринимает то, что делает другой, и превратно толкует прежде всего дружеские предложения.
5. и 6. Он видел сон и пытался рассказать о нем братьям, но они не пожелали его слушать. Однако он настаивал (стих б): «Но вы просто обязаны узнать, какой сон я видел…».
7. и 8. Слово והינה (и вот!) встречается три раза в стихе 7, подчеркивая три отдельных элемента сна.
בתוך השדה (посреди поля). Это не означает «в поле», потому что на иврите форма выражения «в поле» была бы בשדה. Подобным же образом אלמים (мужской род) и אלמות (женский род) (в стихе 7), видимо, не являются синонимами. В трактате Пеа (6:10) проводится различие между אגודים (муж. род, мн. число) и אגודות (жен.род, мн. число). Согласно одному толкованию, здесь אלומה означает «маленький сноп». Вероятно, после того как поле было полностью сжато, пшеницу убрали в маленькие снопы אלומות, которые затем были уложены в большие скирды אלומים посреди голого поля.
Другими словами, Йосэф сказал своим братьям: «В моем сне, в отличие от реальности, мы никоим образом не были отгорожены друг от друга. Мы вместе работали, мы хотели уложить маленькие снопы в большие скирды посреди поля. И я тоже собирался положить свой маленький сноп в общую груду, но его невозможно было сдвинуть. Он стоял прямо и его невозможно было перетащить в центр поля. Более того, ваши снопы стали вокруг моего и поклонились ему».
Это великолепное описание того, кто, поставленный в изолированное положение, возвышается над остальными, склонившимися перед ним. Это произошло помимо воли Йосэфа; он был готов внести свой маленький вклад в общее дело, чтобы тот стал частью общего.
Интересно также отметить, что предметными реалиями сна Йосэфа были снопы пшеницы. Братья никогда прежде не возделывали землю: они были пастухами. Стать земледельческим народом, как это предначертано судьбой, им еще только предстояло. Следовательно, если труд земледельца настолько укоренился в мыслях Йосэфа, что он даже видел его во сне, то это могло произойти лишь благодаря наставлениям его отца, Израиля, о грядущей судьбе, уготованной его семье. Все это еще больше оправдывало в глазах братьев их бурную реакцию: «Ты хочешь когда-нибудь стать царем над нами? Или может быть, уже сейчас хочешь властвовать? Такие мысли не должны посещать тебя даже во сне». И они возненавидели его еще больше не только из-за оскорбительного (с их точки зрения) для них сна, но и за то, что он имел дерзость рассказать им этот сон.
10. Поначалу братья не приняли сон Йосэфа на свой счет. Но когда они услышали, что их отец толкует сон применительно к ним, они поверили в это и стали завидовать Йосэфу из-за ожидавшего его будущего.
11. и 12. Вслед за Сфорно, одним из наших самых глубоких комментаторов, мы считаем свои долгом исследовать дальнейшие события, если не для того, чтобы оправдать происшедшее, то хотя бы для того, чтобы понять его. Перед нами не банда грабителей и убийц, для которых убить человека ради одежды — пустячное дело. Сфорно справедливо указывает, что даже позднее, когда братья почувствовали угрызения совести (Берешит 42:21), они никоим образом не укоряли себя за совершенное против Йосэфа преступление, а жалели только о том, что оказались глухи к его мольбам. Таким образом, они, по всей видимости, считали свой поступок жестоким, но не преступным. Поэтому мы должны изучить наш текст очень внимательно, чтобы обнаружить психологическое обоснование поведения братьев.
Нам сообщают, что разлад в отношениях между Йосэфом и братьями начался с קנאה (зависти), к которой затем прибавилась שנאה (ненависть). Братья ненавидели его потому, что считали его сны отражением его собственных мыслей и намерений. Поначалу они не опасались Йосэфа, полагая, что его сны вряд ли когда-нибудь станут реальностью. Однако, услышав второй сон, обещавший Йосэфу не просто главенство в семье но верховную власть над всей землей, увидев, как отец воспринимает эти сны, размышляя над ними в полной уверенности, что они сбудутся, братья вновь испытали чувство зависти. /Буквальное значение слова קנאה: чувство, возникающее у человека, когда его собственные справедливые притязания оспариваются другими.
Сразу же после этого нам сообщают: «Затем братья ушли». Важно, что на иврите это сообщение отделено от остального текста стиха мелодическим знаком этнахта, т.е. «Они ушли!» На них произвело сильное впечатление, что Йосэф представляет угрозу их правам, поэтому они ушли и, надо сказать, ушли очень далеко: Шхем расположен примерно в 80 км от Хеврона. Мидраш раба указывает, что два диакритических знака над словом в сочетании «чтобы пасти скот своего отца» свидетельствуют о том, что они только сделали вид, будто идут пасти стада. На самом деле они хотели «позаботиться» о себе; они стремились сохранить свою независимость, которой, как они считали, угрожает уверенность Яакова в будущем высоком положении Йосэфа.
Важно отметить, что братья отправились в Шхем, т.е. выбрали то место, где они когда-то в первый раз продемонстрировали чувство семейной солидарности. Именно там Шимон и Леви произнесли памятные слова: «Неужели можно обращаться с нашей сестрой как с блудницей?» (Берешит 34:31). Итак, если вся семья как один человек поднимается на защиту кого-то из ее членов при угрозе извне, то настолько же она должна сплотиться, когда один из ее членов станет изнутри угрожать чести и независимости остальных. Видимо, таков был ход их мыслей, и именно поэтому они отправились в Шхем, на место первого проявления их братской солидарности. Там они надеялись обрести вдохновение для столь же важных решений, которые они считали необходимых сейчас.
Действительно, их будущему угрожала бы опасность, если бы Йосэф возвысился таким образом, как они себе это представляли. В конце концов не так давно Нимрод впервые ввел монархическую форму правления. Их собственные двоюродные братья в Сеире-Эдоме влачили рабское существование под гнетом вождей и царей. В противовес этому типу монархии, которая сводила индивидуума до положения простого строительного материала в здании амбиции одного человека, семье Авраама предстояло создать общество, основанное на свободе и равенстве, в котором врожденное благородство и достоинство отдельного человека получили бы полное признание и в котором понятие их общей миссии «следовать путем Б-га, творить добро и правосудие» (Берешит18:19) будет равно распространяться на всех, как выражение воли Б-га. Но что бы стало с их предполагаемым будущим и, следовательно, с будущим всего человечества, если бы они позволили подчинить себя воле одного человека?
13. Яаков чувствует разлад между Йосэфом и братьями и хочет их примирить. Но, желая понять отношение Йосэфа к братьям, он вначале не дает ему никаких указании, а просто говорит: «Лучше мне послать тебя к ним, чтобы ты мог быть со своими братьями». Йосэф готов отправиться немедленно: совесть его чиста, и у него нет намерении возвыситься и стать правителем.
18…. Приближающегося к ним Йосэфа братья восприняли как самую страшную угрозу их сокровенным и законным интересам, такую угрозу, что посчитали возможным приговорить его к смерти. Они считали допустимым убить его, защищая себя.
25. נשא עינים (подымая глаза). Нигде в Писании это слово не используется для обозначения просто случайного «взгляда»; оно применяется лишь в отношении намеренного взгляда на или в сторону. Когда братья сели есть, совесть не давала им покоя. Они все время смотрели в сторону ямы.
Ишмаэлиты были родственным им племенем, т.е. не были купцами, неразборчивыми в торговле людьми и товаром. Поэтому у братьев были основания предполагать, что проданный ишмаэлитам Йосэф останется с ними, и после продажи пряностей в Египте они возьмут его с собой на родину в Аравию. Этим объясняется то, что впоследствии братьям не приходило в голову, что Йосэф может оказаться в Египте. Это рассуждение обретает еще более прочное основание, если предположить — и так утверждают некоторые авторитеты — что ишмаэлиты намеривались взять его с собой. Скорее всего они бы так и поступили, но в это время к ним подошли купцы-мидианиты и купили Йосэфа, рассчитывая выгодно продать его в Египте.
Это предположение соответствует утверждению 36-го стиха, что меданиты (которые идентифицируются с «мидианитами») продали Йосэфа в Египет. Тем не менее в стихе 1 главы 39 нам сообщают, что Потифар купил Йосэфа у ишмаэлитов, которые привезли его в Египет. Этот стих следует понимать, как описание косвенной сделки, т.е. мидианиты являясь как бы посредниками, купили Йосэфа у ишмаэлитов и затем продали Потифару. Тогда становится понятным то, что ишмаэлиты названы первыми, к кому Йосэф перешел из рук братьев, и то, что они (братья) не предполагали обнаружить его в Египте. Это предположение существенно для нашего повествования. Однако в любом случае либо стих 36 этой главы, либо стих 1 главы 39 следует интерпретировать не буквально, а иносказательно. Более того, слова מיד הישמעאלים (« из рук ишмаэлитов» — Берешит 39:1) с меньшей вероятностью указывали бы на косвенную сделку, чем מכרו אותו אל מצרים (« продали его в Египет» (стих 36)), где частица אל (дословно «в направлении Египта») вместо במצרים (в Египте) точно выражает косвенную сделку. Наконец, стих 28 ясно утверждает, что не братья, а мидианиты вытащили Йосэфа из ямы и продали его ишмаэлитам.
В свете всего вышесказанного вырисовывается следующее предпочтительное истолкование события: братья хотели продать Йосэфа ишмаэлитам, но купцы опередили их. Они вытащили Йосэфа из ямы и продали его ишмаэлитам. Поэтому у братьев сложилось впечатлению что он в руках ишмаэлитов и будет увезен ими на их родину. Они не знали, что ишмаэлиты продали его в Египет. Тем не менее вина за то, что Йосэф был продан в рабство, целиком лежит на братьях, поскольку они желали такого оборота событий и с радостью способствовали ему, хотя легко могли отвратить случившееся.
30. Слова «куда мне идти?» выражают стыд или раскаяние, ожидание упрека, заслуженного или незаслуженного. Реувен говорит: «Не будет мне места, где бы я был спокоен, где бы я мог преклонить голову. Все будут избегать меня». Почему Реувеном владеют такие чувства? Видимо, все очень просто: он не предпринял более решительных шагов, чтобы предотвратить происшедшее. Он намеревался исполнить мицву… (спасти жизнь брата), однако ему не удалось завершить начатое. Но откуда у него, старшего из братьев, такая нерешительность. Возможно, его лишало уверенности сознание, что он сам небезгрешен; ощущение собственной слабости не позволило ему предпринять более решительные действия.
Однако, возможно, имелась и другая причина для чувств Реувена. Братьев подтолкнул на преступление страх, что Йосэф угрожает их независимости. И вполне естественно предположить, что Реувен должен был ощущать этот страх сильнее, чем другие братья. Потому что в семье Яакова фактически было два первенца: Реувен и Йосэф, и Йосэф был сыном от женщины, которую Яаков действительно хотел видеть своей женой. Поэтому Реувен был главным подозреваемым в этом подлом преступлении, поскольку имел самые весомые мотивы. Вот почему он держался в стороне и опасался, что теперь каждый бросит камень в него. Последующие события оправдали эти опасения, потому что в конце концов Реувен лишился первородства, которое перешло к Йосэфу.
35. ВСЕ ЕГО СЫНОВЬЯ И ВСЕ ЕГО ДОЧЕРИ. («Его дочери», вероятно, относится к его невесткам.) Все они «поднялись», чтобы утешить его. Здесь употреблено слово «поднялись», чтобы его утешить, а не «пошли» или «пришли». «Подняться», чтобы совершить действие, всегда означает, что это действие порождено решительностью, что нужно заставить себя его совершить. До этого момента они сами были охвачены горем. Никто не чувствует горе так сильно, как те, кто должен утешать скорбящего. Видеть убитого горем престарелого отца, считать каждую праздную мысль грехом — такое могло бы повергнуть в страстное раскаяние даже закоренелого негодяя. Он должен быть совсем обезумевшим от горя, чтобы утешать, ибо сам нуждается в утешении.
Но почему никто из них не попытался пролить живительный бальзам на рану отца, сказав ему: «Йосэф жив!»? Потому что это было бы величайшей жестокостью. В сердцах родителей даже растерзанный дикими зверями ребенок не потерян до конца, но испорченный ребенок — хуже, чем погибший. Поэтому тот, кто не хотел тысячекратно усугубить горе отца должен был хранить молчание до того дня, когда Йосэф вернется и радость встречи сгладит в сердце отца тяжесть преступления, совершенного другими сыновьями. Скажи они ему в тот момент правду о том, что они сделали с Йосэфом, Яаков ощутил бы, что потерял не одного, а сразу десятерых сыновей.
Он отказывался להתנחם (« принимать утешения», дословно « утешаться») / נחם см. Берешит 6:6/. Никто не может по-настоящему утешить другого. Можно лишь предложить свои доводы, но если скорбящий не воспримет их сердцем, они не вызовут изменений в его настроении. Яаков отказывался даже от попыток подобного рода.
… Я СОЙДУ В ТРАУРЕ К СВОЕМУ СЫНУ В МОГИЛУ. Он не считал, что горе убьет его, но думал, что ему суждено скорбеть до смертного часа. Йосэф не должен видеть его веселым, когда они вновь встретятся. К тому же Яаков, видимо, считал что у него есть основания винить в случившимся себя: обычно те, кого несчастье касается более всего, склонны обвинять себя даже в малейшей неосторожности… Важно, что плач Яакова упоминается в последнюю очередь. Яаков не стенал и не рыдал. Глагол ויבך (он плакал) стоит в будущем времени. Всякий раз, когда другие веселились, отец украдкой смахивал слезы.
Глава 38
1. Отдаление Иеуды от братьев можно рассматривать как симптом напряженности или разлада, возникшего между ними после того, что он сделал с Йосэфом. Чувство враждебности сконцентрировалось в основном на Иеуде, который, судя по всему, был самым влиятельным среди братьев: роковой случай произошел по его предложению и по его настоянию. Кроме того мы увидим, что собственной семье Иеуды пришлось дорого заплатить за совершенное им зло. Жена и сын умерли раньше его; но что более трагично, его сыновья умерли, потому что совершили зло перед лицом Б-га.
2. Моральная ценность брака определяется единственно его конечной целью — рождением и воспитанием детей («плодитесь и размножайтесь»). Моральное состояние брака, не преследующего эту цель, весьма далеко от совершенства. Семейная ячейка, т.е. родительский дом и образовавшиеся в нем семьи, представляют собой отдельную ветвь на древе человечества, так сказать, морального индивидуума с собственным характером. Следовательно, смерть мужа, оставившего бездетную вдову, делает брак незавершенным, т.к. в этом случае в браке не удалось достичь его возвышенной моральной цели — продолжения человеческого рода в направлении, определенном доминирующими в конкретной семье чертами. Положение это может быть исправлено браком бездетной вдовы с одним из ближайших родственников ее покойного мужа. Эти представления, отражающие нравственность брака и возвышенное моральное достоинство семьи, по-видимому, формируют основу института ибум (левиратного брака), с которым мы встречаемся уже на самом раннем этапе истории семьи Яакова…
 
 
Рав Реувен Пятигорский
Йосеф и его братья
За какую провинность братья продали Йосефа? У многих возникает этот вопрос, когда они читают о том, что случилось в семье Яакова.
История известна. Она обыграна в великом множестве пьес, романов и киносценариев. Трактуют ее в большинстве случаев как семейную драму, основа которой стара как мир: раскол в семье, предпочтение, оказанное отцом одному из сыновей, зависть, ненависть и пр. Однако мы, начав серьезно учить Тору, хотим знать - что на самом деле скрывается за всем этим рассказом? Чему Тора хочет научить НАС? Простое прочтение текста мало что дает. Отец подарил любимцу красивую рубашку, братья позавидовали ему, приговорили к смерти, бросили в яму, а затем продали проходившим купцам - доставив тем самым большие страдания отцу, решившему, что Йосефа растерзали хищники.
Но наши мудрецы в своих комментариях настаивают, что сыновья Яакова были полными праведниками. - Вопрос: разве праведники способны на такую жестокость? Братья действительно приговорили Йосефа к смерти. Ибо решили, что он нарушил один из строжайших законов - запрет на убийство. Известно правило: «пришедшего убить тебя - упреди и убей!» Остается объяснить, какую смертельную опасность для братьев являл маленький Йосеф.
Йосеф доносил отцу об их прегрешениях. Это раз. Второе: он рассказывал свои сны! Те сны, судя по которым - в будущем он видел себя царем над всеми. Что отсюда следует? Следует, что он толкает отца к изгнанию остальных братьев. Он их «выводит» из еврейства. Как в свое время были «выведены» из еврейства Ишмаэль, сын Авраама, и Эсав, сын Ицхака. Те лишились доли участия в создании еврейского народа. Подобно им, сейчас будут лишены права стать патриархами евреев и одиннадцать братьев. Останутся только четыре праотца: Авраам, Ицхак, Яаков и Йосеф. От них пойдут двенадцать колен. А братья останутся не у дел.
Что приравнивается ими к попытке со стороны Йосефа совершить убийство.
Приговор: смертная казнь! Даже праведники иногда ошибаются в своем суде. Но они, севшие судить Йосефа, преследовали не корыстные цели, они творили СУД ТОРЫ, не внося в свое отношение к сыну Рахели личностные моменты. Братья старались быть объективными. И все совершили РАДИ БУДУЩЕГО НАРОДА.
Настолько они были уверены в справедливости вынесенного ими приговора, что - читаем (Берешит 37:25): «И сели они есть хлеб» - сразу за тем как бросили Йосефа в яму. Не хладнокровные убийцы, а честные судьи, принявшие справедливое решение.
Их непоколебимую уверенность в правоте мы видим и по эпизоду в Египте. Попав в тяжелую ситуацию, они ищут причину в своих поступках - и находят ее (42:21): «Виноваты мы по отношению к нашему брату, потому что видели страдание его души, когда он нас умолял (не продавать его), но не послушали». Смотрите! Тот приговор им и сейчас кажется правильным. Виноваты они только в том, что НЕ СЖАЛИЛИСЬ над мальчиком.
Кстати, они были уверены, что Вс-вышний их поддерживает. Продав Йосефа, они дали клятву держать содеянное в тайне от отца, взяв в свои союзники и Вс-вышнего. И не догадывались, что у Творца были Свои планы: отправить Йосефа в Египет, куда за ним переедет и вся семья.
Вс-вышний «согласился» с братьями не потому, что они были правы в своем суде, а потому, что их ошибка «играла на руку» Его глобальному плану. Как потом сказал сам Йосеф, открывшийся братьям (50:20): «Вы замышляли против меня зло, но Вс-вышний счел его добром, чтобы… спасти жизнь большому народу».
Не все братья участвовали в продаже. Особняком держался Реувен.
Его роль во всей истории знаменательна. Он высказался против убийства, предложив заменить казнь ямой. Написано, что он собирался потом прийти и извлечь из нее Йосефа. В момент продажи его не было. Мидраш рассказывает, что Реувен в это время постился и не участвовал в общей трапезе. Постился, потому что раскаивался в одном проступке, совершенном по отношению к отцу (см. 35:22). Каково же было его горе, когда, придя к яме, нашел ее пустой. Он, как и отец, до конца всей истории считал, что Йосеф мертв. В том признании вины, когда братья поняли, что они наказываются за жестокость по отношению к брату (но не за ошибочный суд!), он не согласился с братьями: нет! не в жестокости дело, а в том, что вы вообще ошиблись! Почему Реувен разошелся с братьями в трактовке поступков Йосефа? Потому что тот поведал им о своих снах: вот одиннадцать звезд поклонятся мне. Одиннадцать! Это значит, что Реувен - в их числе! Он не наказан отцом за проступок. Он остался в числе будущих родоначальников еврейских колен! А раз так, то Йосеф не «выводит» братьев из еврейства, он просто рассказывает, что в будущем станет царем, к которому они придут и поклонятся.
Личная боль Реувена помогла ему остаться объективным. Но сказать, что братья были совсем неправы мы не можем. Они опасались, что своими действиями Йосеф препятствует возникновению еврейского народа. Будучи праведниками, они пытались в создавшейся ситуации поступить наиболее верным способом. И ошиблись! Другое дело, что относительно этой ошибки у Вс-вышнего имелись Свои планы.
 
 
Рав Зеев Мешков
Причина конфликта в семье Яакова
«И поселился Яаков в стране пребывания отца своего, в земле Кнаан…» (Берешит, 37:1)
Ицхак жил в Хевроне, и там же обосновался Яаков. Его матери уже не было в живых: она умерла до того, как он добрался до дома отца. Умерла и его жена Рахель – при родах Биньямина.
Одиннадцать лет Яаков провел возле отца и, казалось бы, мог найти успокоение от всех бед, выпавших на его долю в Падан Араме и по дороге домой. Но этого не случилось: не было мира в его семье – Йосеф, которому к этому моменту исполнилось семнадцать лет, уже много лет сторонился сыновей Леи: Рэувэна, Шимона, Леви, Йеуды, Иссахара и Звулуна, а пас скот с Даном, Гадом, Ашером и Нафтали, сыновьями Билъы и Зилпы. Но и с ними у него были не идеальные отношения. Единственным, с кем он дружил, – был его младший брат Биньямин, которому к тому времени исполнилось одиннадцать лет.
Яаков переживал из-за происходившего в семье. Но он даже не знал, о чем думают сыновья Леи, так как они отдалились от него. И он, боясь, что они совершат еще один необдуманный поступок, попросил Йосефа рассказывать об их делах. И Йосефу – из-за того, что сыновья Леи не подпускали его близко к себе, а сыновья Билъы и Зилпы не очень-то откровенничали с ним, – пришлось расспрашивать местных пастухов. А те уверяли, что, братья, когда уходят со скотом, едят запрещенную пищу, пристают к женщинам, которые встречаются им, и постоянно ссорятся друг с другом. И Йосеф пересказывал все это отцу. Он не подумал о том, люди, не любившие сыновей Яакова, убивших жителей Шхема, не расскажут о них ничего хорошего. И об этом сказано: «И доводил Йосеф плохие слухи о них до отца их» (Берешит, 37:2).
Яаков не верил слухам, но, считая, что не бывает дыма без огня, допускал, что не все в порядке с его сыновьями. И поскольку те все больше отдалялись от него, он решил передать Йосефу «все то, что выучил у Шема и Эвера, когда четырнадцать лет скрывался у них» (Раши).
Что же Яаков мог выучить у Шема и Эвера? Именно Шем, который был пророком, сказал Ривке перед рождением Эсава и Яакова: «Два народа в тебе и две нации (как только выйдут из тебя) – разойдутся; и народ от народа будет укрепляться, и старший будет служить младшему» (Берешит, 25:23). И когда к нему пришел Яаков, Шем сказал, что он и есть тот младший сын Ривки. И Яаков понял, что благословение было дано ему еще до рождения. И еще он понял, что имеет право передать благословение своим сыновьям, так как оно принадлежит ему изначально, а не получено обманом, в борьбе с людьми или ангелом.
И вот, когда пришло время благословить сыновей, Яаков передал все силы, которыми наделил его Вс-вышний, Йосефу. «И сделал ему полосатую рубашку…» (Берешит, 37:3).
Он как бы хотел сказать сыновьям: «Смотрите! Тот, кто с отцом, удостоился благословения». Он думал, что сыновья не захотят лишиться благословения и придут к нему. Рубашка Йосефа была многоцветной, и это должно было свидетельствовать о том, что Яаков даст каждому из братьев то благословение, которое подходит ему. И сила каждого из них соединится с силами всех остальных. Но результат был прямо противоположный: «И увидели братья его, что отец их любит его более всех братьев его, и возненавидели его, и не могли говорить с ним дружелюбно» (Берешит, 37:4).
Когда же Йосеф начал пересказывать братьям свои сны о снопах, которые склонились перед его снопом, и об одиннадцати звездах и солнце и луне, которые поклонились ему, сыновья Яакова решили, что отец передал все благословения Йосефу и обещал ему, что он будет повелевать братьями. Тогда они оставили дом отца и ушли пасти скот в Шхем, решив не возвращаться, пока отец не позовет их.
То, что они отправились со скотом в Шхем, позволяет понять, в чем заключался конфликт, возникший в семье Яакова. отец упрекал сыновей за убийство всех жителей Шхема, а они – отца за то, что он был готов оставить Дину в руках ее похитителей. Яаков сожалел о нападении, которое, сделав его «отвратительным в глазах жителей Кнаана» (Раши), уничтожило возможность приблизить их к вере в единого Б-га и помочь им установить справедливый закон. А братья не могли понять, почему отец отказывается захватить власть силой и установить в стране порядок, соответствующий законам Торы. Ведь не напрасно же Вс-вышний дал отцу сверхъестественную силу, столь большую, что он смог победить ангела. Ведь не напрасно эта сила передалась и им: и Шимон, которому было в момент нападения на Шхем двенадцать лет, и Леви, которому было одиннадцать лет, убили всех жителей города, и их братьям осталось только забрать добычу. Они не понимали, почему Йосеф, которому было шесть лет, не присоединился к своим братьям, хотя Звулун, который был только на год старше его, принял участие в нападении на город.
Теперь, отправляясь в Шхем, братья хотели показать отцу, что никто не посмеет напасть на них. И это будет означать, что Вс-вышний наделил их силой утверждать справедливость в земле Кнаан и наказывать тех, кто совершает преступления.
Они ушли и не посылали отцу никаких известий. Они собирались поступать по-своему и завладеть землей Кнаан. Поэтому из Шхема они перешли в плодородную долину Дотан, чтобы проверить, захочет ли кто-то выйти против них за то, что они вторглись в чужие владения. И Яаков, волнуясь за благополучие сыновей, послал к ним Йосефа со словами примирения.
Братья помнили, что Йосеф не вышел с ними на войну, предпочтя оставить Дину в плену. Они знали, что он так же, как и отец, считает, что только миром можно исправить ситуацию и приблизить народы к Б-гу. Он мечтал о будущем и видел в своих снах, что земля даст благословение, и когда это благословение распространится на все народы, они покорятся сыновьям Израиля. А братья, рисковавшие жизнью ради спасения Дины, полагали, что тот, кто оставил сестру в беде, сам заслуживает оказаться в руках чужого народа.
Ни Йосеф, ни его братья не смогли понять, что все пути совмещаются. Есть путь исправления мира в борьбе со злом, и есть путь исправления мира путем благословений. Шимон и Леви забыли о том, что, несмотря на свое несогласие с ними, Яаков и Йосеф молились за них, и, если бы не их молитва, нападение на Шхем не было бы успешным, как сказал Яаков, благословляя Йосефа: «И я отдаю тебе Шхем… который захватил у народа эмори мечом своим и луком своим» (Берешит, 9:13). Раши поясняет: «Молитвой своей и просьбами, обращенными к Вс-вышнему». В самом деле, не было у Яакова ни меча, ни лука, победы мечом и луком добились Шимон и Леви, потому что Яаков молился за них. А если бы все молились и все вместе выходили на войну, действительно можно было бы исправить мир и привнести в него благословение.
Лея, которая поддерживала своих сыновей, даже не могла предположить, что конфликт закончится тем, что ее дети поднимут руку на Йосефа. Когда Йеуда принес Яакову окровавленную рубашку и сказал, что Йосефа разодрало дикое животное, Лея не поверила этому рассказу. Она была уверена, что Йеуда убил Йосефа. Переживания привели ее к смерти. Она умерла в Хевроне в возрасте сорока пяти лет (Агра).
 
 
Рав Шломо-Зелиг Аврасин
Путь к короне - от эгоизма к самоотречению
В нашей недельной главе начинает разворачиваться захватывающая история отношений между братьями в семье праотца Яакова, конец которой совпадает с окончанием книги Берейшит. Сами эти отношения претерпевают в течение всего периода существенные изменения – от взаимного непонимания, ревности и ненависти через проступок, его осознание, испытание и раскаяние – к примирению, взаимному прощению и братской любви. Самая сильная перестройка личности происходит с четвертым сыном Яакова от Леи – Йеудой. В начале нашей истории он выступает как инициатор продажи Йосефа в рабство, т.е. проявляет себя не просто как злодей, а как злодей расчетливый, ищущий выгоду даже собственном преступлении и нежелающий марать свои руки, плюс оставляющий себе шанс на будущее: "И СКАЗАЛ ЙеудА БРАТЬЯМ СВОИМ: "ЧТО ПОЛЬЗЫ, ЕСЛИ УБЬЕМ БРАТА НАШЕГО И СКРОЕМ КРОВЬ ЕГО? ПОЙДЕМ, ПРОДАДИМ ЕГО ИШМАЭЛЬТЯНАМ, А РУКА НАША ДА НЕ БУДЕТ НА НЕМ, ИБО ОН НАШ БРАТ, НАША ПЛОТЬ". И ПОСЛУШАЛИСЬ ЕГО БРАТЬЯ. (Берейшит 37:26-27). То есть и волки сыты, и овцы целы, хотя и удалены далеко и надолго. Конечно, такой выход был предпочтительнее убийства, но в нем ясно видна эгоистическая подоплека поступков Йеуды.
В главе Ваигаш нам представляется совершенно иная картина: когда Йосеф, скрытый под личиной наместника фараона, устраивает братьям испытание и "подставляет" Биньямина, обвиняя его в краже драгоценного кубка и угрожая навеки оставить его у себя в качестве раба, именно Йеуда выходит вперед и проявляет верх самопожертвования, предлагая себя в качестве раба вместо Биньямина, совершившего, казалось бы, тяжелое преступление и поставившего тем самым под удар всех братьев. Ведь наказание, предлагаемое Йосефом, не просто справедливо, оно милосердно, т.к. не коснётся остальных братьев и сам "виновник" останется в живых! Почему же Йеуда "вызывает огонь на себя"? Как он из холодного эгоиста превратился в альтруиста высшей пробы, готового пожертвовать собой ради брата?
Чтобы ответить на этот вопрос, надо понять, что произошло между этими временными точками – продажей Йосефа и заступничеством за Биньямина.
Итак, Тора сообщает нам, что после исчезновения Йосефа Яаков настолько погрузился в траур, что братья стали сожалеть о своем поступке, и Йеуда, как инициатор продажи, стал "козлом отпущения". Нежелая терпеть нападки братьев, Йеуда ушёл из семьи и поселился у своего друга – кнаанея, по имени Хира. Там Йеуда женился на местной женщине, и она родила ему троих сыновей: Эра, Онана и Шелу. Когда его первенец вырос, Йеуда нашел ему невесту из приличной семьи – Тамар была внучкой Шема, сына Ноаха, который жил очень долго и выполнял до появления еврейского народа роль священника Вс-вышнего. Но брак не сложился – Б-г умертвил Эра за его грехи, и Тамар, по закону левиратного брака, стала женой Онана. Но и Онан делал зло в глазах Вс-вышнего, и Тамар стала вдовой вторично. Видя смерть своих сыновей, Йеуда делает ошибочный вывод, будто-бы это как-то связано с Тамар, и поэтому идет на хитрость – он объявлет, что Шела, его третий сын, еще не созрел для брака, и поэтому Тамар возвращается в дом своего отца, находясь в статусе "соломенной вдовы" – номинально она все еще входит в семью Йеуды, но реально ей никогда "не светит" стать женой Шелы. Поэтому и она, в свою очередь, пускается на хитрость – когда после траура по своей жене Йеуда, чтобы отвлечься от тяжелых дум, отправляется на праздник стрижки скота, Тамар, прикинувшись ритуальной блудницей, соблазняет его, а в качестве залога за услуги берет у него три предмета: печать, поясные шнуры и посох, после чего возвращается в дом своего отца и снова обдекается во вдовьи одежды.
Через три месяца Йеуде доносят, что Тамар беременна, и, как дочь коэна, она должна быть сожжена за прелюбодеяние. Перед казнью она тайно посылает Йеуде его печать, шнуры и посох со словами "Я беременна от человека, которому принадлежат эти вещи". Магараль усматривает в этих предметах три аспекта проявления человеческой индивидуальности – печать символизирует неповторимую личность, накладывающую свой отпечаток на окружающий мир; поясные шнуры – символ одеяний человека, его личный "дресс-код"; и наконец, посох – символ власти и общественного положения человека. Имея эти предметы, Тамар могла на 100% быть уверенной в том, что при необходимости она сможет доказать, что именно Йеуда является отцом ее ребенка. Но она идёт на самопожертвование – вместо того, чтобы прилюдно опозорить своего тестя за то, что хотел лишить ее возможности иметь семью, она, зная его праведную сущность, решает устроить ему испытание. Передавая ему улики, она фактически отдает свою жизнь в его руки – если Йеуда захочет избежать позора, то ему достаточно будет просто не вмешиваться. Как говориться, нет человека – нет проблемы. После сожжения Тамар вся история канет в небытие. Но Йеуда решает по-иному. Именно тут проявляется то качество, которое затем толкнет его на защиту Биньямина, а позже принесет его потомкам царский венец. Это признание своих ошибок и преступлений, и принятие на себя ответственности за последствия. Ведь это самое важное для царя, над которым в этом мире никого нет, и которому крайне редко указывают на ошибки! И Йеуда произносит сакраментальную фразу, которая совершает переворот в истории: "Она (Тамар) права, а я не прав!" Казнь, естественно, отменяется, и Йеуда признает Тамар своей женой. В положенный срок на свет появляются близнецы Перец и Зерах, и первый из них – это предок царя Давида.
И много позже, стоя перед Йосефом, уже окончательно раскаявшийся в его продаже Йеуда шагнет вперед, беря на себя чужую кару, что послужит причиной благословения Яакова, данного ему перед смертью: "НЕ ОТОЙДЕТ СКИПЕТР ОТ ЙеудЫ, И ЗАКОНОДАТЕЛЬ ИЗ СРЕДЫ ПОТОМКОВ ЕГО, ПОКА НЕ ПРИДЕТ В ШИЛО, И ЕМУ ПОВИНОВЕНИЕ НАРОДОВ" (49:10)
Этим качеством должен обладать каждый еврейский лидер, которого Провидение возвысило над его братьями, и чем выше его пост, тем больше с него спросится.

Моше Абелец
Перевод Анны Файн
Иосеф - четвертый патриарх
Рассказ о ранних годах жизни Йосефа - один из самых печальных в Торе. Необходимо рассмотреть мотивы поведения братьев.
Закон Торы (книга Дварим, 21:16) гласит:
"То будет: в день наделения им своих сыновей тем, что будет у него, не может он дать право первородства сыну любимой (жены) при первородном сыне нелюбимой".
Это, однако, не помешало Аврааму (точнее сказать, Б-гу), передать право первородства Ишмаэля Ицхаку. И это не помешало Ицхаку отобрать право первородства у Эсава и отдать Яакову.
Первенец Яакова Реувен попытался утвердить свое первородство тем, что взял себе Билу ( согласно комментарию Раши, он не лег с Билой, а "переместил отцово ложе" - перенес ложе отца из шатра Билы в шатер Леи, так как был обижен за мать. Раши пишет, что это засчиталось ему, как если бы он лег с Билой. - примечание переводчика). Действия Реувена крайне разочаровали Яакова. Также точно и Шимон с Леви, и, возможно, другие сыновья Леи, разочаровывают Яакова своим поведением в Шхеме. Кроме того, они дети "нелюбимой жены". Что будет с ними? Постигнет ли их та же участь, что и Ишмаэля, и других четырех сыновей Авраама, и Эсава? Неужели отец отошлет их от себя? Мы знаем ответ на этот вопрос, но они не знали его в то время.
Обстоятельства складываются так, что сыновья Леи получают подтверждение своим опасениям: Йосеф, сын любимой жены Рахели, пользуется особым расположением Яакова:
"И увидели братья его, что его любит их отец больше всех его братьев, и возненавидели его, и не могли говорить с ним мирно". (Берешит, 37:4)
Яаков выделяет Йосефа из всех детей:
"А Исраэль любил Йосефа больше всех своих сыновей, ибо сын (на) старости (лет) он ему; и он сделал ему платье тонкорунное". (Там же, 3)
Им кажется, что Йосеф взял на себя роль первенца: он докладывает отцу о поведении других братьев.
Кроме того, Йосеф видит сны, точно также, как его отец и другие патриархи. Считать ли его сны просто снами, или это - прямое общение со Вс-вышним, предсказание грядущего? Содержание снов ( в интерпретации самого Йосефа) предполагает, что он будет наследником завета Б-га с Авраамом.
Обратите внимание на то, как ненависть братьев к Йосефу перерастает в зависть:
"... и возненавидели его, и не могли говорить с ним мирно". (Берешит, 37:4)
"И приснился Йосефу сон, и он поведал братьям своим, и они еще больше возненавидели его" (Там же, 5)
"И они еще больше возненавидели его, за его сны и за его речи" (8).
"И завидовали ему его братья, а его отец хранил изреченное". (11)
Вначале они ненавидят Йосефа за то, что он отцов любимчик. Затем он видит сны, возможно, говорящие о том, что он Б-жий избранник, и они ненавидят его еще больше. Когда же Йосеф интерпретирует свои сны, они возненавидели его уже не только за сны, но и "за его речи" - Йосеф сам провозглашает себя первородным сыном. Но как только Йосеф сообщает Яакову о снах, и тот подтверждает их ("хранит изреченное"), ненависть братьев переходит в зависть.
Пока Яаков не подтвердил свое согласие с интерпретацией снов, браться надеялись, что сны - всего лишь свидетельство заносчивости избалованного ребенка, которого можно поставить на место. Теперь же им ясно, что Йосеф будет лидером, а их лишат участия в Завете.
Теперь Йосеф представляет для них угрозу, и они пытаются эту угрозу устранить.
Йосеф и его братья не знают, что сны Йосефа не говорят о дальней перспективе - о потомках его и братьев, они лишь рассказывают о том, что будет через несколько лет - встрече Йосефа и братьев в Египте.
 
 
Моше Абелец
Перевод Анны Файн
Кто продал Йосефа?
Кто продал Йосефа в рабство? Странный вопрос. Все знают, что это сделали его братья. Тем не менее, из текста это не вполне ясно, и ряд комментаторов утверждают, что инициатива исходила от мидианских купцов, в то время, как братья еще продолжали спорить о судьбе Йосефа:
"Давайте продадим его ишмаэльтянам, и не будет нашей руки на нем, ибо он наш брат, наша плоть". Братья еще продолжали слушать эту речь, когда мимо прошел караван мидианитян. Тора говорит: они вытащили Йосефа из ямы, они продали его ишмаэльтянам за двадцать серебряных монет. Те привезли Йосефа в Египет." (Берешит, 37:27-28)
Кто были те они, о которых говорит книга Берешит? Кто вытащил Йосефа из ямы и продал его ишмаэльтянам: братья или мидианитяне?
Доводы в пользу братьев:
1. Они уже решили его продать (см. Выше).
2. Когда Йосеф открывается братьям, он говорит: "Я Йосеф, которого вы продали в Египет" (45:5).
Доводы в пользу мидианитян:
1. Кто были мидианитяне? Почему они внезапно сменились ишмаэльтянами?
2. Почему Реувен и братья удивлены, когда обнаруживается, что Йосефа нет в яме? (37:30-31).
3. Йосеф говорит, что он "был украден из земли евреев" (40:15).
4. Реувен говорит братьям, что "кровь его взыскивается". То есть, он верит, что Йосеф мертв. (42:22).
5. Когда Иегуда пытается защитить Биньямина, он намекает на то, что Йосеф мертв. (44:20).
Вполне возможно, (и хочется в это верить), что братья только говорили об убийстве Йосефа или продаже его в рабство. На самом деле они думали, что достаточно будет оставить этого самонадеянного мальчишку в яме на несколько часов, чтобы привести его в чувство.
И это тоже моральный урок: даже небольшая жестокость может привести к серьезным последствиям.
 
 
Моше Абелец
Перевод Евгения Левина
Иосеф и Иеуда
Начиная с нашей недельной главы и до конца книги Берешит главным действующим лицом становится Иосеф. Мы будем свидетелями того, как он пытается стать четвертым праотцом, однако не преуспевает в этом. В какой-то момент, между продажей Йосефа в рабство и его появлением в Египте, Тора ненадолго забывает о Иосефе, и переключается на других персонажей, Иеуду и Тамар.
В чем смысл этой истории, и почему она буквально вклинивается в повествование о Иосефе? Первый ответ, который приходит нам в голову - хронология: "И БЫЛО, ПОСЛЕ ЭТИХ СОБЫТИЙ" - т.е. после продажи Иосефа - "ИЕУДА ОТОШЕЛ ОТ БРАТЬЕВ СВОИХ" (Берешит, 38:1). Однако если мы сделаем более точный хронометраж, то поймем, что это невозможно. Когда братья продали Иосефа, ему было 17 лет (Берешит 37:12). В 30 лет он предстал перед фараоном(там же, 41:46). Затем последовали 7 тучных лет и два года голода, после чего братья Иосефа переселились в Египет - итого 22 года.
В истории Иеуды и Тамар за это время произошли следующие события:
1. Иеуда оставил семью, поселился в Тимне и женился на местной женщине
2. У него родились три сына, Эр, Онан и Шела
3. Эр женился на Тамар и умер.
4. Онан женился на Тамар и тоже умер.
5. ПРОШЛО МНОГО ДНЕЙ, И ДОЧЬ ШУА УМЕРЛА (там же, 38:10).
6. Тамар соблазнила Иеуду и забеременела.
7. У Тамар родились Перец и Зерах.
8. На момент переселения в Египет у Переца было двое сыновей (там же, 46:12).
Маловероятно, что все эти события уместились в 22 года. Следовательно, история Иеуды и Тамар, скорее всего, началась еще до продажи Иосефа.
В повествованиях о Иеуде и Иосефе много параллелей:
1. Ключевыми словами в обоих случаях являются ירד (спустился), הכר (узнал), נחם (покой), ערב (залог)
2. Тема обмана - братья обманывают Яакова, Тамар – Иеуду.
2. Тема искушения (Иеуда и Тамар, жена Потифара и Иосеф)
4. Козленок - платье Иосефа вымазали кровью козленка, Иеуда обещал козленка в качестве платы Тамар.
Эти параллели явно указывают на то, что между этими повествованиями есть тематическая связь. И действительно, в обоих случаях говорится о появлении новых лидеров, и о неудачах первенца Реувена. Чтобы попасть наверх, Иосефу потребовалось "спуститься" в Египет. Иеуда тоже выбрал окружной путь. Сначала он отделился от братьев - кстати, точно так же, как колено Иеуды в эпоху Cудей, жившее достаточно обособленно. Тем не менее, обстоятельства вывели его в лидеры - старшие братья Реувен, Шимон и Леви один за другим утратили расположение отца, а Иосеф, любимец Яакова, считался пропавшим, а возможно, и мертвым.
Иеуда, впрочем, неоднократно доказывал, что достоин царского жезла - когда уговорил Яакова отпустить Биньямина, когда осмелился бросить вызов правителю Египта, и, наконец, когда уговорил отца перебраться в Египет.
Царские династии Северного и Южного царств будут, соответственно, потомками Иосефа и Иеуды. Тем самым сбудется обещание Вс-вышнего Яакову:"ЦАРИ ПРОИЗОЙДУТ ОТ ЧРЕСЛ ТВОИХ" (там же, 35:11).
Комментарий к Торе
Книга Берешит
Недельный раздел Вайешев (часть 1)
Главы 37:1-40:23
В первой фразе главы сказано: “И поселился Яаков в стране проживания своего отца, в стране Кенаан...”.
И поселился на иврите — вайешев.
Рав Шимшон Рефаэль Гирш
Избранные комментарии на недельную главу Вайешев
Глава 37
2. (В возрасте 17 лет), будучи пастухом, он вместе с братьями пас овец. Лишь поденная работа пастуха сводила его с братьями, сыновьями Леи. Однако он был «юношей»; в годы становления его жизнь и надежды формировались в обществе сыновей рабынь, которых данный текст описывает не как его братьев, а как сыновей отцовских жен. Таким образом, мы видим перед собой юношу, который вырос без матери и без родных братьев и сестер, в отличие от остальных, знавших общество братьев и сестер и находившихся под защитой и руководством материнской любви. Йосэф, напротив, был один. Он рано потерял мать; Биньямин был ребенком и, следовательно, не компанией для юноши…
3…. не как «Яаков», но как «Израиль» он видел в Йосэфе лучшего из своих сыновей.
בן זקונים הוא לו — БЫЛ CЫHOM ЕГО СТАРОСТИ. Он считал, что продолжает жить в Йосэфе. Он видел в Йосэфе наследника своих собственных духовных достижений.
4. И НЕ МОГЛИ. Они не выносили, когда он по-дружески говорил с ними. Друзья не обижаются друг на друга, а при натянутых отношениях каждый с обидой воспринимает то, что делает другой, и превратно толкует прежде всего дружеские предложения.
5. и 6. Он видел сон и пытался рассказать о нем братьям, но они не пожелали его слушать. Однако он настаивал (стих б): «Но вы просто обязаны узнать, какой сон я видел…».
7. и 8. Слово והינה (и вот!) встречается три раза в стихе 7, подчеркивая три отдельных элемента сна.
בתוך השדה (посреди поля). Это не означает «в поле», потому что на иврите форма выражения «в поле» была бы בשדה. Подобным же образом אלמים (мужской род) и אלמות (женский род) (в стихе 7), видимо, не являются синонимами. В трактате Пеа (6:10) проводится различие между אגודים (муж. род, мн. число) и אגודות (жен.род, мн. число). Согласно одному толкованию, здесь אלומה означает «маленький сноп». Вероятно, после того как поле было полностью сжато, пшеницу убрали в маленькие снопы אלומות, которые затем были уложены в большие скирды אלומים посреди голого поля.
Другими словами, Йосэф сказал своим братьям: «В моем сне, в отличие от реальности, мы никоим образом не были отгорожены друг от друга. Мы вместе работали, мы хотели уложить маленькие снопы в большие скирды посреди поля. И я тоже собирался положить свой маленький сноп в общую груду, но его невозможно было сдвинуть. Он стоял прямо и его невозможно было перетащить в центр поля. Более того, ваши снопы стали вокруг моего и поклонились ему».
Это великолепное описание того, кто, поставленный в изолированное положение, возвышается над остальными, склонившимися перед ним. Это произошло помимо воли Йосэфа; он был готов внести свой маленький вклад в общее дело, чтобы тот стал частью общего.
Интересно также отметить, что предметными реалиями сна Йосэфа были снопы пшеницы. Братья никогда прежде не возделывали землю: они были пастухами. Стать земледельческим народом, как это предначертано судьбой, им еще только предстояло. Следовательно, если труд земледельца настолько укоренился в мыслях Йосэфа, что он даже видел его во сне, то это могло произойти лишь благодаря наставлениям его отца, Израиля, о грядущей судьбе, уготованной его семье. Все это еще больше оправдывало в глазах братьев их бурную реакцию: «Ты хочешь когда-нибудь стать царем над нами? Или может быть, уже сейчас хочешь властвовать? Такие мысли не должны посещать тебя даже во сне». И они возненавидели его еще больше не только из-за оскорбительного (с их точки зрения) для них сна, но и за то, что он имел дерзость рассказать им этот сон.
10. Поначалу братья не приняли сон Йосэфа на свой счет. Но когда они услышали, что их отец толкует сон применительно к ним, они поверили в это и стали завидовать Йосэфу из-за ожидавшего его будущего.
11. и 12. Вслед за Сфорно, одним из наших самых глубоких комментаторов, мы считаем свои долгом исследовать дальнейшие события, если не для того, чтобы оправдать происшедшее, то хотя бы для того, чтобы понять его. Перед нами не банда грабителей и убийц, для которых убить человека ради одежды — пустячное дело. Сфорно справедливо указывает, что даже позднее, когда братья почувствовали угрызения совести (Берешит 42:21), они никоим образом не укоряли себя за совершенное против Йосэфа преступление, а жалели только о том, что оказались глухи к его мольбам. Таким образом, они, по всей видимости, считали свой поступок жестоким, но не преступным. Поэтому мы должны изучить наш текст очень внимательно, чтобы обнаружить психологическое обоснование поведения братьев.
Нам сообщают, что разлад в отношениях между Йосэфом и братьями начался с קנאה (зависти), к которой затем прибавилась שנאה (ненависть). Братья ненавидели его потому, что считали его сны отражением его собственных мыслей и намерений. Поначалу они не опасались Йосэфа, полагая, что его сны вряд ли когда-нибудь станут реальностью. Однако, услышав второй сон, обещавший Йосэфу не просто главенство в семье но верховную власть над всей землей, увидев, как отец воспринимает эти сны, размышляя над ними в полной уверенности, что они сбудутся, братья вновь испытали чувство зависти. /Буквальное значение слова קנאה: чувство, возникающее у человека, когда его собственные справедливые притязания оспариваются другими.
Сразу же после этого нам сообщают: «Затем братья ушли». Важно, что на иврите это сообщение отделено от остального текста стиха мелодическим знаком этнахта, т.е. «Они ушли!» На них произвело сильное впечатление, что Йосэф представляет угрозу их правам, поэтому они ушли и, надо сказать, ушли очень далеко: Шхем расположен примерно в 80 км от Хеврона. Мидраш раба указывает, что два диакритических знака над словом в сочетании «чтобы пасти скот своего отца» свидетельствуют о том, что они только сделали вид, будто идут пасти стада. На самом деле они хотели «позаботиться» о себе; они стремились сохранить свою независимость, которой, как они считали, угрожает уверенность Яакова в будущем высоком положении Йосэфа.
Важно отметить, что братья отправились в Шхем, т.е. выбрали то место, где они когда-то в первый раз продемонстрировали чувство семейной солидарности. Именно там Шимон и Леви произнесли памятные слова: «Неужели можно обращаться с нашей сестрой как с блудницей?» (Берешит 34:31). Итак, если вся семья как один человек поднимается на защиту кого-то из ее членов при угрозе извне, то настолько же она должна сплотиться, когда один из ее членов станет изнутри угрожать чести и независимости остальных. Видимо, таков был ход их мыслей, и именно поэтому они отправились в Шхем, на место первого проявления их братской солидарности. Там они надеялись обрести вдохновение для столь же важных решений, которые они считали необходимых сейчас.
Действительно, их будущему угрожала бы опасность, если бы Йосэф возвысился таким образом, как они себе это представляли. В конце концов не так давно Нимрод впервые ввел монархическую форму правления. Их собственные двоюродные братья в Сеире-Эдоме влачили рабское существование под гнетом вождей и царей. В противовес этому типу монархии, которая сводила индивидуума до положения простого строительного материала в здании амбиции одного человека, семье Авраама предстояло создать общество, основанное на свободе и равенстве, в котором врожденное благородство и достоинство отдельного человека получили бы полное признание и в котором понятие их общей миссии «следовать путем Б-га, творить добро и правосудие» (Берешит18:19) будет равно распространяться на всех, как выражение воли Б-га. Но что бы стало с их предполагаемым будущим и, следовательно, с будущим всего человечества, если бы они позволили подчинить себя воле одного человека?
13. Яаков чувствует разлад между Йосэфом и братьями и хочет их примирить. Но, желая понять отношение Йосэфа к братьям, он вначале не дает ему никаких указании, а просто говорит: «Лучше мне послать тебя к ним, чтобы ты мог быть со своими братьями». Йосэф готов отправиться немедленно: совесть его чиста, и у него нет намерении возвыситься и стать правителем.
18…. Приближающегося к ним Йосэфа братья восприняли как самую страшную угрозу их сокровенным и законным интересам, такую угрозу, что посчитали возможным приговорить его к смерти. Они считали допустимым убить его, защищая себя.
25. נשא עינים (подымая глаза). Нигде в Писании это слово не используется для обозначения просто случайного «взгляда»; оно применяется лишь в отношении намеренного взгляда на или в сторону. Когда братья сели есть, совесть не давала им покоя. Они все время смотрели в сторону ямы.
Ишмаэлиты были родственным им племенем, т.е. не были купцами, неразборчивыми в торговле людьми и товаром. Поэтому у братьев были основания предполагать, что проданный ишмаэлитам Йосэф останется с ними, и после продажи пряностей в Египте они возьмут его с собой на родину в Аравию. Этим объясняется то, что впоследствии братьям не приходило в голову, что Йосэф может оказаться в Египте. Это рассуждение обретает еще более прочное основание, если предположить — и так утверждают некоторые авторитеты — что ишмаэлиты намеривались взять его с собой. Скорее всего они бы так и поступили, но в это время к ним подошли купцы-мидианиты и купили Йосэфа, рассчитывая выгодно продать его в Египте.
Это предположение соответствует утверждению 36-го стиха, что меданиты (которые идентифицируются с «мидианитами») продали Йосэфа в Египет. Тем не менее в стихе 1 главы 39 нам сообщают, что Потифар купил Йосэфа у ишмаэлитов, которые привезли его в Египет. Этот стих следует понимать, как описание косвенной сделки, т.е. мидианиты являясь как бы посредниками, купили Йосэфа у ишмаэлитов и затем продали Потифару. Тогда становится понятным то, что ишмаэлиты названы первыми, к кому Йосэф перешел из рук братьев, и то, что они (братья) не предполагали обнаружить его в Египте. Это предположение существенно для нашего повествования. Однако в любом случае либо стих 36 этой главы, либо стих 1 главы 39 следует интерпретировать не буквально, а иносказательно. Более того, слова מיד הישמעאלים (« из рук ишмаэлитов» — Берешит 39:1) с меньшей вероятностью указывали бы на косвенную сделку, чем מכרו אותו אל מצרים (« продали его в Египет» (стих 36)), где частица אל (дословно «в направлении Египта») вместо במצרים (в Египте) точно выражает косвенную сделку. Наконец, стих 28 ясно утверждает, что не братья, а мидианиты вытащили Йосэфа из ямы и продали его ишмаэлитам.
В свете всего вышесказанного вырисовывается следующее предпочтительное истолкование события: братья хотели продать Йосэфа ишмаэлитам, но купцы опередили их. Они вытащили Йосэфа из ямы и продали его ишмаэлитам. Поэтому у братьев сложилось впечатлению что он в руках ишмаэлитов и будет увезен ими на их родину. Они не знали, что ишмаэлиты продали его в Египет. Тем не менее вина за то, что Йосэф был продан в рабство, целиком лежит на братьях, поскольку они желали такого оборота событий и с радостью способствовали ему, хотя легко могли отвратить случившееся.
30. Слова «куда мне идти?» выражают стыд или раскаяние, ожидание упрека, заслуженного или незаслуженного. Реувен говорит: «Не будет мне места, где бы я был спокоен, где бы я мог преклонить голову. Все будут избегать меня». Почему Реувеном владеют такие чувства? Видимо, все очень просто: он не предпринял более решительных шагов, чтобы предотвратить происшедшее. Он намеревался исполнить мицву… (спасти жизнь брата), однако ему не удалось завершить начатое. Но откуда у него, старшего из братьев, такая нерешительность. Возможно, его лишало уверенности сознание, что он сам небезгрешен; ощущение собственной слабости не позволило ему предпринять более решительные действия.
Однако, возможно, имелась и другая причина для чувств Реувена. Братьев подтолкнул на преступление страх, что Йосэф угрожает их независимости. И вполне естественно предположить, что Реувен должен был ощущать этот страх сильнее, чем другие братья. Потому что в семье Яакова фактически было два первенца: Реувен и Йосэф, и Йосэф был сыном от женщины, которую Яаков действительно хотел видеть своей женой. Поэтому Реувен был главным подозреваемым в этом подлом преступлении, поскольку имел самые весомые мотивы. Вот почему он держался в стороне и опасался, что теперь каждый бросит камень в него. Последующие события оправдали эти опасения, потому что в конце концов Реувен лишился первородства, которое перешло к Йосэфу.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам , либо войти на сайт под своим именем.
На момент добавления Комментарий к Торе, Книга Берешит, Недельный раздел Вайешев (часть 1) все ссылки были рабочие.

Добавление комментария

Ваше имя:*
E-Mail:*
Текст:
Введите два слова, показанных на изображении:


КНИГИ, ДАРУЮЩИЕ ЖИЗНЬ

Для перехода к просмотру книг - кликните на изображении

Tорат Моше

Для перехода к просмотру книг - кликните на изображении

Для перехода к просмотру книг - кликните на изображении

Партнёры
Внимание!

Все материалы используемые на данном сайте предоставляются только в целях ознакомления и не используются в коммерческих целях. Перепечатка и копирование с целью получения коммерческой выгоды запрещены!
Я желаю арабам мира и процветания — вне Израиля. У них есть 22 страны, у меня — только одна, и я не собираюсь её уступить!

KAX
ВСЕОБЪЕМЛЮЩИЕ ЗНАНИЯ
вместо
МРАКОБЕСИЯ и НЕВЕЖЕСТВА!!!
Уроки Пятикнижия
ТОРА: ОТ ЯВНОГО К ТАЙНОМУ
Зов Сиона

Помощь проекту

Уважаемые посетители!
Ввиду того, что наш проект является некомерческим и не использует навязчивую рекламу, мы нуждаемся в Вашей помощи.
Если у Вас есть возможность хоть как-то помочь нашему проекту, мы были бы Вам признательны. Средства нужны для оплаты сервера и доменных адресов.
Наши счета
:

Z129923397412
Где оплатить
(по всему миру)

Опрос

Правомочна ли постановка вопроса: " Территории в обмен на мир"?



Календарь

«    Август 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Статистика