::И ВСТАЛ МОШЕ В ВОРОТАХ СТАНА, И КРИКНУЛ: "КТО ЗА БОГА - КО МНЕ!":: (Тора, Шмот 32:26)
::Всякий, кто ревнует Закон и состоит в Завете, да идет вслед за мной":: (Первая книга Маккавеев, 2:27)

Комментарий к Торе, Книга Дварим, Недельный раздел Шофтим

7-09-2011, 13:26 Разместил: jude Просмотров: 2290

Комментарий к Торе
Книга Дварим
Недельный раздел Шофтим
Главы 16:18-21:9
“Судей и исполнителей закона назначь во всяком месте (городе), которое Творец определит каждому колену”.
Судьи на иврите - шофтим.

 

Рав Лев Кацин
"Пугай, но не наказывай!"
«Вс-вышний, пугай, но не наказывай!» - говорят евреи, и я вспоминаю об этом в связи с тем испугом, который пережили жители Восточного побережья США, узнав о том, что к ним приближается ураган «Айрин». В течение нескольких дней власти призывали готовиться к худшему, запасаться едой и питьем. Однако даже те, кто, надеясь на лучшее, не последовал указанию властей, все же ощутили трепет. Ведь угроза исходила не только от наводнения, но и от ураганного ветра. «Камень, влетающий в окно со скоростью 60 миль в час, или дерево, падающее на дом, опасны для жизни», - предостерегал сайт CNN. В субботу под угрожающие завывания ветра начались проливные дожди. Синоптики предупреждали, что ураган обрушится на Нью-Йорк в субботу ночью. Многие в ту ночь трепетали, опасаясь шального камня, который мог залететь в окно. Некоторые, как во время войны, заклеивали окна лентой.
И вот мы «день простояли и ночь продержались», а ураган обошел нас стороной. Возвращаясь к обыденной жизни, люди, еще не оправившись от страха, задаются вопросом: «В чем же был смысл пережитого испуга?» Некоторые находят объяснение в разбушевавшейся стихии, виня во всем других, но не самих себя…
Всего несколько дней назад землетрясение застигло врасплох жителей Восточного побережья США, а в субботу начался тропический шторм. В этот же шаббат в синагогах благословляли наступление еврейского месяца Элул, само упоминание которого может вызвать трепет в сердце еврея. Наступление Элула оповещает, что через месяц все мы предстанем перед Небесным Судом в Рош ха-Шану. Элул является особым временем подготовки к Судному дню, за которым следуют десять дней трепета, заканчивающиеся днем Прощения - Йом Кипур.
Отнюдь не просто обрести искреннее чувство трепета перед Небесами. Потому, став свидетелем стихии, грома, молнии, урагана или землетрясения, еврей благословляет Вс-вышнего, великая сила которого «наполняет весь мир». Смысл благословения в том, чтобы пережитый испуг не прошел даром и сердце еврея наполнилось трепетом, но не перед безликими силами природы, а перед Вс-вышним.
В отличие от Спинозы, мы не считаем, что природа - это Б-г, хотя, конечно же, за явлениями природы стоит Б-жественная воля.
Нам не следует обожествлять силы природы лишь из-за их мощи. Вс-вышний является для нас не только символом силы, но и эталоном добра и морали. Трепеща перед Вс-вышним, мы анализируем свои поступки, стремясь к раскаянию и самосовершенствованию.
Для того чтобы обрести возвышенное чувство трепета перед Небесами, человек должен возвысить свое чувство страха. «Лев зарычит - кто не затрепещет?» - говорил пророк Амос (3:8). Месяц Элул оповещает о приближении Судного дня, в который мы предстаем пред Царем царей, подобно тому, как рык льва вызывает трепет, оповещая о приближении царя зверей.
В Судный день мы должны ощутить трепет перед Судом Небес. «Человек может ощутить, что весь мир предстал перед судом в Судный день, весь народ и вся община, при этом забывая лишь об одном творении на всей земле - о самом себе!» - предупреждал рав Борух Эзрахи, глава иешивы «Атерет Исраэль» в Иерусалиме. Впрочем, Судный день дан нам для того, чтобы мы творили суд над самими собой, а не судили окружающих людей!
Конечно же, мы не наделены пророческим даром, и потому мы не знаем, почему Вс-вышний испугал нас землетрясением и ураганом. Тем не менее, у нас есть разум, с помощью которого мы можем анализировать свои поступки, делать необходимые выводы и, находя в себе силу воли, воплощать свои решения в жизнь!
«Судей и надсмотрщиков поставь себе во всех вратах твоих», - указывает нам Тора, призывая установить справедливый суд в каждом городе страны Израиля. Судья может вынести мудрое решение, но для его воплощения в жизнь необходим и надсмотрщик, которого боятся. Впрочем, Тора обращается не только ко всему народу, но и к каждому из нас. Судья - это разум, с помощью которого человек анализирует свои поступки и принимает мудрые решения, пишет рав Шор в книге «Ор Гедалиягу». Однако одной мудрости недостаточно. Человек должен обрести надсмотрщика - трепет перед Небесами, который даст ему силу воли воплотить в жизнь мудрые решения судьи - разума.

 

Рав Шломо-Зелиг Аврасин
О царе и его лошадях
(Гур Арье на недельную главу Торы)
Наша недельная глава рассказывает нам, среди прочего, о законах, связанных с царём и царством. Существует большой спор между различными комментаторами, является ли монархия идеальной формой управления еврейским государством. Рамбам, например, склоняется к той точке зрения, что наличие еврейского царя – необходимый элемент устройства общества согласно Законам Торы. Действительно, есть определённое количество заповедей, которые невозможно выполнить в отсутствие института царской власти. К таким заповедям относится, например, заповедь «hакhель» - раз в семь лет, в праздник Суккот, весь народ собирался в Иерусалимском Храме послушать из уст царя книгу Дварим.
Однако даже согласно этой точке зрения еврейская монархия не может быть абсолютной, ибо это противоречит постулату о том, что лишь Вс-вышнему принадлежит вся полнота власти в мире. Кроме царя, есть ещё три ветви власти: первосвященник, Санhедрин (высший суд), и пророки. Если царю принадлежит власть исполнительная и военная, то законодательная и судебная власть находятся в руках Санhедрина, который имеет право, например, наложить «вето» на решение царя начать войну с целью расширения границ. Первосвященник отвечает за все аспекты, связанные с Храмом и святыми вещами. Кроме того, во времена первого Храма, желая получить у Вс-вышнего ответ на свой вопрос, касающийся всего народа, царь должен был обратиться к первосвященнику, на груди которого находился «Хошен а-Мишпат» - специальный нагрудник, украшенный двенадцатью драгоценными камнями, внутри которого находились «урим» и «тумим», что-то типа «прямой линии связи на самый верх», и первосвященник отвечал царю, расшифровывая знаки, световая проекция которых исходила из букв, вырезанных на камнях нагрудника. Пророк же служил своего рода «красной лампочкой» - он появлялся только тогда, когда возникала проблема, вызвавшая особый интерес Вс-вышнего, и предупреждал царя и народ о том, что они следуют неверным курсом.
Кроме этого, Тора предусматривает ряд специальных ограничений, накладываемых на царя. Так, ему запрещалось умножать своё личное богатство, брать больше определённого количества жён, увеличивать больше требуемого свой конный парк. В стихе, описывающем последнее ограничение, Тора упоминает также дополнительный запрет: «Только чтобы не умножал он коней и не возвращал народ в Египет, чтобы умножать [число своих] коней, ведь Вс-вышний сказал вам: Не пойдёте вы снова вспять по этой дороге!» (Дварим, 17:16).
Раши объясняет связь между этими двумя запретами следующим образом: Египет – место, где разводят лучших коней, и поэтому, при увеличении количества коней еврейскому царю придётся постоянно посылать за ними людей в Египет. Маhараль отмечает, что не существует запрета торговать с Египтом. Тогда в чём же проблема? Дело в том, что если у царя будет больше чем надо коней, то он поставит себя в зависимость от Египта, а это уже больше, чем просто торговля. Вс-вышний запрещает еврейскому государству находиться в зависимости от Египта, так как «мы уже видели это кино».
В чём же такая проблематичность связи с Египтом, и случайно ли Тора связывает это с лошадьми?
Конечно же, не случайно. В еврейской традиции конь ассоциируется с человеческой гордыней, и поэтому является символом войны и воинственного государства, ведущего захватнические войны. Не случайно в «Песне над морем», которую пели сыны Израиля после перехода через Тростниковое море и гибели в нём египетского войска во главе с фараоном не единожды звучат фразы типа: «Коня и его всадника низринул Он в море…» (Шмот 15:1). Основная проблема фараона – неимоверная гордыня. По словам пророка Йехезкеля (29:3), фараон подобен крокодилу, лежащему в своей реке и заявляющему: «Нил – мой, и я сам себя сотворил!» Не правда ли, это выражение явно перекликается с заявлением другого  крокодила: «Если только захочу – и луну я проглочу!» Диагноз – гордыня, перерастающая в манию величия. Вот она, та самая опасность, таящаяся в постоянной связи с Египтом! С кем поведёшься – от того и наберёшься. А ведь царь народа Израиля ни на секунду не должен забывать, что он – лишь "завхоз" при настоящем Царе. Поэтому у него есть ещё одна специальная заповедь – куда бы он не шёл, его всюду должен сопровождать свиток Торы. И общее направление всех ограничений, касающихся еврейского царя – смирить его возможную гордыню. Как сказал британский историк лорд Джон Актон: «Власть развращает, а абсолютная власть – развращает абсолютно».
Но эта самая опасность грозит не только царю, а любому человеку, переживающему «головокружение от успехов», созерцающему свои материальные (или даже духовные) достижения. Он может воскликнуть: «Сила моя и мощь моей руки создали мне всё это богатство!» (Дварим 8:17). И всё – он повторил грех первого человека, Адама, забывшего, кому принадлежит всё в мире. Подобное заявление показывает, что в мировосприятии данного индивидуума не осталось места для Творца. Он оторван от Источника жизни, и никакие законы и запреты, кроме его собственных сиюминутных желаний (или великих планов на века – привет от булгаковского Берлиоза), более не ограничивают его. Как же он смешон и нелеп в своей слепоте, его путь лежит в тумане и ведёт в пропасть.
Сейчас, в месяце Элуле, месяце милосердия и покаяния, перед ежегодным Судом Творца, нам как никогда, требуется стряхнуть с себя свою гордыню и мнимую самодостаточность, пересмотреть свои поступки за прошлые годы, понять, что без помощи Вс-вышнего само наше существование было бы невозможно, и попросить Его простить и не забывать нас, как мы порой в неведении своём забываем о Нём!  

 

Арье Юдасин
Под ру-у-жье!
Последние годы наконец-то воплотили строчку из гимна советско-китайской дружбы: «Плечи расправил простой человек!» Новые технологии позволяют каждому придавленному писку разнестись аж на всю планету. Египетские революции Facebook, английские бунты Blackberry, войны в LiveJournal, синхронные теракты через Skype… Ругай или хвали «политкорректность» и «мультикультуризм», восторгайся «пробуждением народных масс» либо брезгуй их дикарством… В любом случае, ответа на «запрос времени» у социальной структуры сегодня нет. Одна из любимых тем - фанатики. Террористы идейные и просто от сумасшествия. Кому из них убивать и насиловать велят голоса в голове (и пониже), кому - с минаретов и амвонов, кому - глас собственной извращенной логики. Но есть группа «голосов», весьма успешно заглушающих в обществе голос здравого смысла и совести. Они нередко поддерживают, а то и провоцируют прочие «голоса». Это голоса всяческих «идеологов». Особенно идеологов секулярности. Смешивая в кучу преступления разных времен и народов, они истошно голосят, что главная причина зверств - религиозная ограниченность и нетерпимость. Не желая знать, что корень массовой дикости - не в высшей природе человека, пусть даже искаженной «рукотворными религиями», а в его животной, эгоцентрической природе. Впрочем, с ними трудно не согласиться. Если учесть, что атеизм - наиболее агрессивная и грубая из религий. Полюбопытствуйте «достижениями», скажем, атеистических нацистской Германии, Китая, СССР, Вьетнама, Кампучии, Северной Кореи… Припомните, что обе мировых войны развязаны отнюдь не под религиозными знаменами. Куда там «Аль-Каиде»! Но в обществе нет общепринятых ценностей, и вопрос давно стоит не «Кто умнее?» или «Кто прав?», а «Кто кого перекричит?». Общим возражением всем голосам стал бы классический вопрос: «А судьи кто?» Демократический суд давно превратился в «схватку гладиаторов» - адвокатов и прокуроров. Тема истины как таковой всплывает редко и нехотя. Суд в более «однозначных» регионах… «однозначен» и не мучается сомнениями. Короче говоря, духовной причиной растущей в последние годы народной одичалости оказалась слабость судебной системы. Слабость всех ее проявлений - юридических, общественного мнения, наличия отчетливых критериев распознания добра и зла. Остается, как жертвам лондонских мародеров, взывать к правительству и твердить из «Пиркей авот»: «Молитесь за благополучие властей - если бы не они, люди как рыбы проглатывали бы друг друга». Но справедливый суд - единственная «позитивная» заповедь Торы, данная всем народам! Наряду с запретами убивать и грабить. Суд - одна из трех основ мироздания, без него две другие - знание и милосердие - ущербны. Наша глава целиком посвящена законам гармоничного и устойчивого общества. А начинает ее описание праведного судьи. Вот несколько деталей от Тура. У букв слова «судьи» в свитках Торы рисуют коронки сверху и снизу. «Пусть трепещет судья (вынести ложный вердикт), словно меч висит над ним и ад раскрыт у его ног!» «Ашейра» (дерево для поклонения) имеет ту же гематрию, что «недостойный судья». «Назначающий недостойного судью словно ставит идола возле жертвенника». «…Всякого слова дурного, ибо мерзость…» - сказала Тора. «Это значит, что каждый, оскверняющий свой рот, называется гадким и ненормальным». Хоть на ушко, хоть через Facebook. Удивительно, что похабника, сплетника и того, кто призывает «мочить этих!», Тора собирает в одну компанию гадких психов! Впрочем, если поразмыслить, странного немного. Каждое из этих действ языка пробуждает одну из низменных сил нашей природы - похоть, жестокость, злобу, зависть… А как назвать человека, который готов растоптать Б-жественный образ в себе и в другом из-за тяги к грубому и животному? Неполноценным существом, идущим во тьме и не владеющим собственными страстями. Какими бы символами и идеалами он не прикрывал свое сумасшествие. Конечно, порой необходимы и полицейские водометы. Но единственное, что может удержать разрушение общественного устройства - кричать, твердить всеми средствами государственных и общественных институтов о всеобщей и абсолютной морали. Желательно, не слишком ее на себя перетягивая. Иначе от интернетной команды «Под ру-у-жье!» не спастись. Суд, и в мантиях, и как общественное сознание, должен уметь различать добро и зло.

 

Моше Абелец
Перевод Евгения Левина
Царь и Шауль
Книга Шмуэля представляет нам первого еврейского царя Шауля весьма необычным образом. Киш, отец Шауля, потерял своих ослов, и послал Шауля и слугу отыскать их. После того, как несколько дней интенсивных поисков не дали результата, Шауль предложил прекратить розыск и вернуться домой, поскольку теперь отец гораздо больше беспокоится о них, чем о пропавших ослах. Слуга, однако, предложил посоветоваться со святым человеком, живущим неподалеку. На это Шауль возразил, что им нечем заплатить за консультацию, на что слуга ответил, что у него есть четверть шекеля серебра. После этого Шауль согласился. Они направились на поиски святого, и спросили у юных девушек, черпавших воду, где можно его разыскать и можно ли с ним встретиться. На это девушки дали ему длинный многословный ответ на целых два стиха, общий смысл которого сводится к "Да, можно" (См. I Шмуэль, l 9:1-14).
Весь этот эпизод выглядит более чем странно и непонятно. В нем нет никаких героических деяний или примеров милосердия, никаких признаков наличия у Шауля лидерских качеств. Напротив, Шауль не может здесь справиться даже с простейшим поручением - найти пропавших ослов. Чему же этот рассказ хочет нас научить?
На наш взгляд, весь этот эпизод является своего рода зеркальным отражением законов о царе, изложенных в нашей недельной главе.
Тора сообщает нам, что царь не может приобретать для себя слишком много лошадей, не может брать слишком много жен, не должен иметь слишком много золота и серебра (Дварим, 17:16-17).
А из книги Шмуэля мы узнаем, что Шауль не имел не только лошадей, но даже и ослов; и что у него нет ни гроша, так что он вынужден пользоваться средствами своего слуги (который также не слишком богат).
А как обстояло дело с женами? На протяжении библейского повествования если кто-то встречал женщину у колодца, то затем обычно следовала свадьба. Так было у Элиэзера и Ривки, Якова и Рахели, Моше и Ципоры... Шауль встретил у колодца сразу несколько девушек, которые наперебой старались поговорить с ним (по мнению Раши, девушки откровенно флиртовали с Шаулем, специально затягивая разговор, чтобы он подольше оставался с ними). Однако этим дело и ограничилось - Шауль не только не женился ни на одной из них, но даже не удостоил их ответом. Тем самым он вновь выполнил условия - у него не оказалось ни многочисленных жен, ни даже одной жены.
И еще один важный момент: когда Шмуэль предсказал Шаулю корону, тот ответил: "Не сын ли я Биньямина, одного из меньших колен Израилевых? И племя мое не малейшее ли между всеми племенами колена Биньяминова? К чему же ты говоришь мне это?"(I Шмуэль, 9:21). Т.е. несмотря на то, что в той же главе про Шауля говорится, что "и не было никого из Израильтян красивее его; он от плеч своих был выше всего народа", он, тем не менее, обладал качеством, которое Тора требует от претендента на престол – скромностью - "ЧТОБЫ НЕ ВОЗНОСИЛОСЬ СЕРДЦЕ ЕГО НАД БРАТЬЯМИ ЕГО" (Дварим, 17:20).

 

Моше Абелец
Перевод Евгения Левина
Почему царь не нужен прямо сейчас?
В нашей недельной главе впервые говорится о еврейской монархии:
"КОГДА ПРИДЕШЬ ТЫ В СТРАНУ, КОТОРУЮ Б-Г, ВСЕСИЛЬНЫЙ ТВОЙ, ДАЕТ ТЕБЕ, И ОВЛАДЕЕШЬ ЕЮ, И ПОСЕЛИШЬСЯ В НЕЙ, И СКАЖЕШЬ: "ПОСТАВЛЮ Я НАД СОБОЮ ЦАРЯ, ПОДОБНО ВСЕМ НАРОДАМ, ЧТО ВОКРУГ МЕНЯ", -  ТО ПОСТАВЬ НАД СОБОЮ ЦАРЯ, КОТОРОГО ИЗБЕРЕТ Б-Г, ВСЕСИЛЬНЫЙ ТВОЙ: ИЗ СРЕДЫ БРАТЬЕВ ТВОИХ ПОСТАВЬ НАД СОБОЮ ЦАРЯ, НЕ МОЖЕШЬ ПОСТАВИТЬ НАД СОБОЮ ЧУЖЕЗЕМЦА, КОТОРЫЙ НЕ БРАТ ТЕБЕ" (Дварим 17:14-15).
В зависимости от того, как расставить смысловые акценты, возможны два прочтения этого стиха:
1. Евреи обязаны учредить у себя монархию.
2. В случае необходимости им дозволено избрать царя.
Слово: “וְאָמַרְתָּ”   (И СКАЖЕШЬ)  можно перевести как "ты должен" - ты должен сказать: "ПОСТАВЛЮ Я НАД СОБОЮ ЦАРЯ". Согласно такому прочтению, избрание царя - одна из заповедей Торы (так, к примеру, считал  Рамбам). Однако это можно перевести и как "ты можешь сказать..., т.е. как дозволение, а не как приказ. Аналогичным образом, слова  "שׂוֹם תָּשִׂים עָלֶיךָ מֶלֶךְ" можно понять либо как "ты обязан выбрать царя",  либо  как  "тебе дозволено избрать царя".
Почему Тора выражается здесь столь неопределенно? А если  считать избрание царя заповедью, то встает еще один вопрос:  если монархия является идеалом, то почему избрание царя было отложено на столь долгий срок? Почему монархия не была учреждена еще при жизни Моше, или сразу же после его смерти?
Для того, чтобы ответить на эти вопросы, нам следует понять структуру древнееврейского общества. Библейский Израиль не был единым народом. Он подразделялся на двенадцать колен, у каждого из которых был свой флаг, свое руководство, свое деление на семейства. Перепись евреев неизменно проходила по коленам  (Бемидбар, главы.1 & 2); после завоевания Kнаана страна была поделена между коленами (Бемидбар, 26:53). В определенных ситуациях дело доходило даже до запрета браков между коленами (Бемидбар, 36:6-8)!
Т.е. еврей того времени прежде всего ощущал свою принадлежность к своему колену, и только потом - к "народу Израиля". Поэтому Кнаан впервые назван в Библии "Землей (I Шмуэль 13:19) - до этого никакого единого Израиля попросту не было, а была лишь аморфная конфедерация племен, объединенных весьма слабым чувством общенациональной солидарности.
Отсутствие национального единства было серьезной проблемой для Давида и Шломо, объединивших весь народ под своим скипетром. Оба царя хорошо понимали, что единое государство не устоит, если племенная лояльность будет сильнее общенациональной. Поэтому Давид перенес столицу в Иерусалим - недавно завоеванный город, который ни одно из колен не считало своим. В свою очередь, Шломо разделил страну на двенадцать округов, границы которых были проведены без учета границ между коленами (I кн. Млахим,  4:7).
Таким образом, во времена Моше Израиль был решительно не готов к учреждению общенациональной монархии. Однако при этом было понятно, что, по море национального "взросления", евреи рано или поздно захотят создать общенациональные институты власти. И лишь когда это время настанет, лидеры колен смогут собраться и выбрать царя. Именно  это и произошло в эпоху пророка Шмуэля.
Тора понимает, что для каждого исторического периода необходима своя модель национального руководства. Поэтому, говоря об общенациональный институтах, она намеренно говорит максимально неопределенным образом, чтобы тем самым  оставить евреям пространство для маневра.

 


О. И. Баддиль
Перевод Рава Меира Мучника
1. Эта глава продолжает тему жизни еврейского народа в своей земле, и в ней в основном представлены законы, управляющие еврейской жизнью и регулирующие ее. Базис, обеспечивающий стабильное и удовлетворительное функционирование любого общества, лежит в институте правосудия. Когда люди знают, что их личная безопасность, свобода и права поддерживаются системой, и в то же время осознают не только свои права, но и обязанности по отношению к другим; когда они чувствуют, что их имущество в безопасности; когда знают, что тот, кто покусится на людей и их собственность, понесет справедливое наказание и в то же время получит шанс исправиться, - и когда правители заботятся о соблюдении всех этих принципов, – тогда люди могут жить с уверенностью, удовлетворением и без волнения. Но если недостает этой основы, если нет у людей чувства безопасности, если нет уверенности в институтах закона и порядка, то здесь заложен корень нездоровья общества: индивидуум чувствует угрозу для себя, и это в конечном итоге ведет к подрыву социального порядка.
2. Первые законы, представленные в этой главе, - это обязанность назначить справедливых судей и стражей закона, которые были бы гарантами его соблюдения, о чем увещевает нас Моше. Он говорит о вреде взяточничества, коррупции и фаворитизма, будь то в исполнении закона или даже в назначении судей и служащих, ибо взятки ослепляют даже глаза мудрых людей и развращают даже праведных. Нас призывают добиваться справедливости и правды (а для достижения этой цели использовать только справедливые и правильные средства), и так мы удостоимся благословенной Б-гом жизни.
3. Исполнение правосудия – это не только предпосылка для полноценного общества, но и священная обязанность. Это подчеркивается законом, согласно которому Санхедрин, верховный суд страны, находится в стенах Храма. И в связи с этим Моше повторяет некоторые законы Алтаря (Мизбеах) Храма. Так Тора показывает, что для Б-га священны и учреждения правосудия, и Храм.
4. Затем Тора показывает, как суды должны функционировать, и использует в качестве иллюстрации некоторые примеры из множества вопросов, которые им предстоит решать. Один из краеугольных камней системы правосудия – это установление фактов дела по показаниям надежных свидетелей. Случайная улика сама по себе никогда не может быть основой для обвинительного заключения. Анонимный донос или информация, полученная путем какого-либо рода расследования – и, тем более, путем любого рода пыток – неприемлемы в еврейском суде, каким бы серьезным ни было преступление и его последствия. Интересно, что первым примером, на котором Тора демонстрирует эти правила суда, является случай идолопоклонства – можно сказать, самое тяжелое преступление против Б-га и Его Торы. И даже в таком случае необходимо пройти через весь судебный процесс по всем правилам. «Крутые меры» абсолютно исключены, даже когда подозревается нарушение основных принципов Торы. Тора указывает, что во всех случаях должно быть установлено, что подсудимый знал, что совершает преступление, а также что за это полагается данное наказание.
5. В случае, если судьи окажутся не в состоянии вынести вердикт по какому-либо делу, оно отсылается в более высоко стоящий суд и так далее, вплоть до Верховного суда, который (как уже упоминалось) заседает в стенах святыни Храма. Помимо символической причины для такого местоположения существует и практическая: в тех редких случаях, когда даже Верховный суд не может вынести решение по делу, главный судья отсылает вопрос к первосвященнику (Коен Гадоль), чтобы тот обратился с ним к Самому Б-гу посредством нагрудного листа (Урим веТумим), который он носит. Эта процедура выяснения закона – эффектная демонстрация того, что «правосудие принадлежит Б-гу», и что Сам ХаШем, так сказать, вовлечен в откровение и исполнение закона Торы во все времена. Тора не меняется, ее законы и ценности остаются постоянными. И после того, как Санхедрин вынес решение, вступает в силу запрет для любого человека – даже величайшего раввина – выносить иное решение по данному вопросу и отклоняться каким-либо образом от законов Торы. Даже если меняются времена, и начинает казаться, что какие-то гениальные новые идеи бросают вызов учениям Торы, ее ценности по-прежнему незыблемы, ибо как ХаШем никогда не меняется, так и ценности Его Торы. Разительно отличаются от этого законы, принятые людскими
законодателями: столь часто несут они на себе печать конкретных людей, протолкнувших их. Такие законы непостоянны и изменчивы, отражая прихоти, капризы и моду проходящих эпох и мимолетных времен. Огромная доля законов, принятых людьми, является очевидным результатом ненадежности и зыбкости законодателей, которые то попадают в цель, то промахиваются, то действуют из желания порвать с прошлым, то из реакции на новшества. Какими бы добрыми ни были их побуждения, в их решениях всегда будет отражаться уклон, личные интересы и пределы их возможностей. Краткий обзор минувших веков - что в прошлом считалось преступлением, и какими безумно жестокими были наказания - заставляет сегодня задуматься о морали и вообще менталитете многих судей прошлых лет таким же образом, как и будущие поколения несомненно разинут рот на то, что проходит под именем закона и справедливости в сегодняшнем
нееврейском мире.
6. Тору надлежит соблюдать и сохранять не только еврейскому народу, но и самим его духовным лидерам. Никто, каким великим бы он ни был, не выше Торы. Этот фундаментальный принцип ярко подчеркивается следующей заповедью, которую нам преподал Моше Рабейну. Ибо она учит, что и царь, какой бы огромной ни была его власть, тоже подчинен закону Торы. Конечно, сосредоточение такой большой власти в руках одного уязвимого и ненадежного человека весьма рискованно – как столь наглядно показывают печальные уроки истории. Тем не менее, возможно и великое добро, если праведный и справедливый царь будет вести народ личным примером благородства, набожности и богобоязненности. Тогда своим поощрением и продвижением идей добра и справедливости он сделает монархию идеальной формой верховной власти в еврейском народе, а совмещение Санхедрина и царя – идеальным способом управления. Но концепция
монархии по Торе далеко не совпадает с общепринятым в остальном мире значением этого слова. Для народов мира царь – это их воин-лидер, завоеватель и защитник. Тогда как Тора представляет заповедь назначения царя так: «Когда придешь на землю, которую ХаШем, твой Б-г, дает тебе, и займешь ее, и осядешь на ней, тогда скажешь: ‘Поставлю над собой царя, как все окружающие менянароды’». Другими словами, Тора говорит, что нам надлежит поставить над собой царя только после того, как земля уже завоевана и заселена. Это ХаШем изгоняет перед нами наших врагов и дает нам в собственность землю – мы не нуждаемся в человеческом воине-царе или завоевателе. Нам просто нужно проделать определенные военные маневры, но на самом деле за нас воюет ХаШем. Поэтому роль еврейского царя весьма отличается от нееврейского, ибо его задача – не завоевывать, а быть моральным лидером нации. В этом плане его задание двояко. В целом он должен инициировать политику и стремление к падению зла и безбожия, и водружать на его место добро и святость. Практически же это означает уничтожение Амалека, взявшего на себя роль антитезы Б-жественности, а затем добиться построения Храма (Бейт ХаМикдаш), места, посвященного искреннему служению Б-гу.
7. Тора весьма четко определяет приоритеты еврейского царя. Как только он укрепится на троне, ему следует написать два свитка Торы под диктовку Коаним, народных преподавателей Торы. Один из этих экземпляров должен храниться у него в резиденции, а другой должен быть с ним всегда, «и да будет читать ее в течение всей своей жизни, чтобы научиться бояться Б-га, не нарушать ни одну из заповедей Торы, а напротив, заботиться об их исполнении…». С таким царем, чья основная обязанность как лидера и примера для подражания – пропагандировать Б-жественность и соблюдение Торы, еврейскому народу гарантировано
благополучное будущее, «и удостоится он вместе со своими потомками долгих лет правления народом Израиля.»
8. Продолжая тему руководства народом и идеальных примеров для подражания, Моше повторяет законы о десятинах и ряде других приношений, которые следует отдавать Коаним и Левиим. Взамен те должны сделать своей основной деятельностью преподавание Торы и в целом духовное наставление и руководство
народа, а также представлять народ в Храме Б-га. По этой же причине Тора постановляет, что у колена Леви не будет надела в земле Израиля: они должны быть освобождены от будничных забот о заработке и вместо этого должны посвятить себя преподаванию Торы и обеспечению духовного прогресса нации.
9. Снова и снова увещевает нас Моше следовать Торе и предостерегает от соблазна подражать стилю жизни и культам бывших обитателей нашей земли, какими бы заманчивыми они ни были. Нам следует сохранять преданность Б-гу и стремиться к совершенству в изучении и соблюдении Торы. Людям, настолько близким к Б-гу, не подобает обращаться к некромантам, предсказателям и гадальщикам, ибо наши жизни управляются Б-гом посредством аккредитованных и истинных пророков, которых Он выдвинет из нашей среды.
10. Повторив законы о лидерах, наделенных обязанностями управления народом, а именно, судьях, царе, Коаним и пророках, каждый со своей определенной сферой юрисдикции, Моше Рабейну теперь приступает к разъяснению их обязанностей. Во-первых, следуя общим принципам священности человеческой жизни, Тора настаивает на том, чтобы учреждения правопорядка оберегали ее. Любого рода неумышленное убийство не должно вести к вендетте и циклу взаимного насилия и мести. В связи с этим Моше Рабейну повторяет законы города-убежища  и делает дополнение: необходимо создать всеобъемлющую систему дорог и шоссе, поддерживаемых в хорошем состоянии и оснащенных дорожными указателями, чтобы облегчить легкий доступ к убежищу из любой точки страны.
11. Вторая сфера законов в категории заповедей, управляющих поведением человека по отношению к другим (מִצְוֹות בֵּין אָדָם לַחֲבֵרֹו), касается собственности и прав индивидуума. Наряду с поддержанием соблюдения фундаментальной священности человеческой жизни, основной обязанностью судов является обеспечение соблюдения законов, защищающих свободу и права человека. Ведь покушение, реальное или воображаемое, на права индивидуума часто приводит к насилию, поэтому соблюдение прав и собственности индивидуума поможет охранять человека и от телесных повреждений, и от самой смерти.
12. Поскольку работа судов в столь великой степени зависит от надежных свидетелей, и столь важны они для процедуры еврейского правосудия, Тора снова предостерегает нас об опасности ложного или злоумышленного свидетельства (между ними есть разница), а также описывает полагающееся за это наказание, исполнение которого следует огласить (для острастки остальных).
13. Установив посредством этих законов систему внутренней администрации еврейского религиозного государства, Тора продолжается законами отношений еврейского народа с другими государствами. Печальные реалии угрозы со стороны внешних врагов вынуждают нас на формирование вооруженных сил. И Тора представляет правила призыва и учений армии, а также поведения ее солдат. Еврейскому солдату всегда надлежит помнить, что ХаШем, наш Б-г, пребывает в среде нашего лагеря, что Он нам дает защиту и победу в зависимости от степени нашей близости к Нему. Нам не нужно бояться превосходящего по численности противника, ибо за наше правое дело воюет ХаШем. Все это провозглашает перед
собранием мужчин, подлежащих призыву, особый первосвященник, назначенный на время войны (Машуах Мильхама), ответственный не только за боевую мораль солдат, но и за поддержание высоких моральных норм, которые Тора предписывает нам всем, во всех обстоятельствах и ситуациях, в стабильности и в
смуте, в мирное время и на войне.
14. Тора освобождает от призыва людей определенных категорий. Некоторые из этих освобожденных тем не менее должны помогать в тылу поставками провизии, поддержанием дорог и линий снабжения и т.д. Другие полностью освобождены от всякой службы. (Это деление Торой освобожденных на разные категории само по себе является уроком для нас об относительной важности их призваний.)
15. За правилами ведения войны следуют, по той же теме, законы осаждения городов. Тора постановляет, что вначале надо предложить мир. Если город сдается, то ни людям, ни имуществу не наносится никакого ущерба: они только должны платить дань, подчиниться нашей власти, отказаться от идолопоклонства и принять общечеловеческие законы морали и справедливости – то есть, Семь заповедей Ноаха. Если же город приходится брать силой оружия, то Тора разрешает перебить мужчин, представляющих военную угрозу – но только их. Женщины и дети, а также скот и другое имущество не должны подвергнуться ущербу или уничтожению. Но во всех обстоятельствах Тора предостерегает, что нам нельзя позволять этим завоеванным народам оказывать на нас какое-либо дурное влияние.
16. Даже когда приходится идти на войну, и даже когда надо осаждать город, Тора предупреждает нас, что нельзя ничего разрушать без какой-либо пользы. Это повеление относительно бессмысленного разрушения трактуется как всеобъемлющий запрет любой бесполезной траты и неправильного использования мира, который Б-г дал человеку «обрабатывать и сохранять». Тора призывает нас всегда с уважением относиться к миру, созданному Б-гом, и мы обязаны обращаться со всеми его составляющими – животными, растениями и даже неживой природой – с глубокой заботой и должным вниманием. Нам всегда следует помнить, что в конечном счете «мир и все, что в нем, принадлежат Б-гу», и что человек назначен управляющим и хранителем Его творения.
17. Глава заканчивается законом о процедуре, которую следует выполнить в случае нераскрытого убийства. Большая часть главы посвящена соблюдению закона и порядка по Торе и управлению еврейским народом как во время войны, так и в мирное время. Жертва убийства – серьезный упрек для ответственных за поддержание закона и порядка. Закон и порядок – это основа мирного функционирования общества, и Тора винит за совершенное преступление старейшин. Таким образом, этот закон подчеркивает великую ответственность за эффективное управление, которую накладывает Тора на старейшин нации: они – ее стражи закона. Поэтому старейшины ближайшего к месту убийства города должны публично оправдаться путем заявления, что не допустили халатности в исполнении своей обязанности обеспечить безопасность для всех, вплоть до одинокого странника. Помимо уроков, которые извлекаются из самого закона со всеми его деталями, в надлежащей в таком случае драматичной процедуре содержится и не менее практическая цель: привлечь внимание к преступлению, чтобы дать толчок памяти возможного очевидца. Ибо, конечно, помимо искупления лидерам нации, остается необходимость найти и наказать убийцу.
18. Законы, непосредственно предшествующие этому, касались правил ведения войны, и следующий за этим раздел законов (уже в начале следующей главы) тоже связан с войной. Расположив таким образом закон нераскрытого убийства одинокого странника между законами войны и сражений, Тора преподает великий
и фундаментальный принцип священности человеческой жизни: События и обстоятельства нашей жизни вполне могут вынудить нас на войну, с неизбежным ужасным результатом: будут убивающие и убитые, разрушения и потрясения. Даже если приходится испытать и пережить ужасы войны, смерти и разрухи, это
не должно ослабить наше уважение к человеческой жизни. Во время войны постоянная смерть, разрушение и хаос могут вызвать притупление нашей совести и апатию, и некоторым может показаться, что убийство всего лишь одного неизвестного человека вполне допустимо ввиду общей бойни войны. Именно тогда, предупреждает Тора, мы должны проявлять максимальную заботу о сохранении жизни. Поэтому этот закон о нераскрытом убийстве безвестного одиночки помещен в Торе вместе с законами о войне. Тора напоминает: жизнь священна, и особенно во время войны, когда существует опасность очерствения и
безразличия, нам необходимо помнить о священности жизни каждого человека.

 

О. И. Баддиль
Перевод Рава Меира Мучника
Ѓафтара недельного раздела Шофтим
Ѓафтара этой недели взята из Книги Ишаи (51:12 – 52:12)

1. Ѓафтара этой недели практически не связана с недельной главой – это просто четвертая из семи Ѓафтарот утешения, которые следуют за постом Девятого Ава. Как и другие шесть, эта тоже взята из книги Ишаи, и в ней тоже говорится о будущем, каким оно видится пророку, когда народ Израиля вернется из изгнания в свою святую землю.
2. Но пока что, в настоящем, пророк вопрошает еврейский народ, почему он считает нужным так жутко бояться человека-разрушителя (имеется в виду скорее всего вавилонский царь Навуходоносор, завоевания которого вызвали столько разрушений), когда он сам будет столь эффектно низвергнут, со всеми своими
идолами, когда Вавилонскую империю затмит персидский царь Кир, и она больше не поднимется.
3. Ишая провозглашает, что после изгнания ХаШем утешит Свой народ. Но он высказывает удивление, как это еврейский народ забывает, что именно Вс-вышний Б-г, ХаШем, Который простирает небеса и устанавливает землю, Который сотворяет бурное море с его могучими волнами – что именно Он создал еврейский народ и будет всегда его сохранять, даже когда его надо будет наказывать за неверность. (Но почему бы им не вернуться к Нему и не спасти себя от наказания?)
4. Да, евреям придется пережить жестокости и ужасы изгнания, потому что они оставили Б-га и Тору, Ишая подтверждает это от имени Б-га. ХаШем видит, что они воистину испили чашу страданий и трагедий до последней капли. Но наказания даются Б-гом с целью укора, воспитания, очищения, но не ради уничтожения Его народа. Таким образом, говорит Ишая, даже если Вавилон послужит орудием гнева Б-га, придет час расплаты, и Вавилон, и все, кто жестоко обращался с еврейским народом на протяжении истории, будут за это наказаны.
5. Как положил ХаШем конец египетскому изгнанию, так покончит Он и с угнетением, которому подвергают нас другие тираны. Чаша Его гнева, которую нам приходится испить, будет насильно дана тем, кто истязал Народ Б-га. И так окончится тот позор и поношение Его народа, которому он подвергался в течение всей истории, и опозоривание Имени Б-га, происходящее в результате унижения Его народа ненавидевшими его клеветниками.
6. А пока не наступил тот день, Народ Б-га должен продолжать свое святое дело, нести небесность в мир, привносить Б-жественность в жизни людей. ХаШем вложил Свое послание справедливости и праведности в уста Своего народа Израиля, чтобы распространял его по всему человечеству и вдохновлял своей праведностью все народы мира. Как гласит знаменитое высказывание одного весьма проницательного нееврейского писателя: «Пока существует мир, все, кто желают совершенствоваться в праведности, будут обращаться за вдохновением к еврейскому народу, у которого ее чувство развито наиболее сильно и ярко».
Такова наша задача и миссия, и хорошие люди с готовностью ценят наше влияние на мир. Можно процитировать и еще одного нееврея: «Я думаю, что евреи – самый славный народ, когда-либо населявший эту Землю! Евреи оказывали влияние на мир в большей степени, и с большей готовностью, чем любой другой народ, древний или современный!»
7. Но это признание достается еврейскому народу большой ценой, поскольку всегда найдутся другие, которые будут сопротивляться Б-жественности. Поэтому, говорит Ишая, ХаШем, так сказать, собственными руками укроет и защитит Свой народ, чтобы евреи смогли выполнить свою миссию и цель жизни. И когда они выполняют свое святое задание, то Он провозглашает: «Вы Мой народ!»
8. Ишая видит, как будет твердо стоять в Иерусалиме глашатай окончательного Избавления, провозглашать мир всему человечеству и оглашать добрые вести о спасении всего мира, когда он признает Б-га Владыкой всего.

 

Рав Нaxyм Пурер
Содержание раздела
В начале этого раздела, в котором перечислена 41 заповедь, Моше велит евреям назначать судей и полицию. Категорически запрещены даже мизерные взятки должностным лицам. Нельзя сажать деревья вблизи храмового жертвенника и ставить “столбы” по примеру идолопоклонников. Животные с пороком не годятся для принесения в жертву. Еврей, призывающий других служить идолам, приговаривается к смерти - “по словам двух или трех свидетелей”. Все вопросы, на которые нет ответа в Торе, решаются Санэдрином, высшим юридическим и законодательным органом. В отсутствии Санэдрина и Храма обязательные для всех постановления выносят раввины, знатоки Торы. “Когда придешь ты в страну,… то из среды братьев своих поставь над собой царя”. Еврейскому царю разрешено иметь ограниченное число жен и личной собственности. Царь должен написать два свитка Торы и один из них всегда держать при себе. Коэны и левиты не получают земли в Эрец-Исраэль; их материальные нужды обеспечивают другие колена. Запрещены все виды “альтернативного” общения с духовными средами: колдовство, гадания, заклинания, астрология, спиритизм, которые подменяет прямую связь с Тв-рцом. Б-г обещает посылать евреям пророков, сообщающих Его волю, и Моше объясняет, как отличить настоящих пророков от самозванцев. Придя в Эрец-Исраэль, надо выделить города-убежища для людей, совершивших случайное убийство и спасающихся от мести родственников погибшего. Но тем, кто преднамеренно убил человека, убежище не предоставляется. Тора запрещает красть чужую недвижимость: “не отодвигай межи ближнего”. Суд не принимает решения по показаниям только одного свидетеля. Злонамеренный свидетель, пытавшийся оговорить невинного человека, получает такое же наказание, какое он задумал для своей жертвы. Прежде чем приступить к военным действиям, надо предложить мир противнику, но если он упорствует, “то перебей всех мужчин его острием меча”. Нельзя рубить плодовые деревья при осаде вражеской крепости. Если на ничейной земле найден неопознанный труп, старейшины ближайшего города убивают “телицу”, омывают над ней руки и торжественно клянутся, что их сограждане не причастны к смерти этого человека.

Нечистое искусство
«Не сади себе священного дерева (ашера) - никакого дерева - возле жертвенника Б-га…» (16:21).
Почему Тора запрещает сажать деревья на территории Храма, ведь дерево такая безобидная вещь? Почему бы не украсить ими Храм? Что в том плохого?
В библейскую эпоху у идолопоклонников было принято сажать красивые стройные деревья вблизи их культовых сооружений. Эти деревья, называемые в Торе «ашерот», тоже наделялись святостью. В Книге Судей (Шофтим) Б-г велит судье Гидеону «уничтожить алтарь Баала… и срубить ашеру возле него».
Тора изначально запретила сажать любые деревья в Иерусалимском Храме и его внешнем дворе. Впоследствии мудрецы распространили этот запрет на всю Храмовую гору.
Главная причина ясна: мы не должны подражать идолопоклонникам ни в большом, ни в малом. Но есть в этом запрете еще один, более глубокий смысл. Когда в каком-то месте появляется нечто красивое, оно привлекает к себе всеобщее внимание, порой вынуждая забыть об истинном предназначении данного места. Красота, кто бы или что бы ни было ее носителем - пейзаж, дерево или человек - пытается покорить нас. Она зовет и требует: «Посмотрите на меня! Вы не видели ничего прекраснее!» Заглянуть глубже, за внешнюю оболочку красоты, нам бывает очень трудно.
На иврите одно из слов, обозначающих красоту, - «шапир». От него образованы еврейское имя Шифра и распространенная фамилия Шапиро. В книге Иова сказано: «Дыханием Его расстилаются (шифра) небеса» (26:13).
Иов говорит, как Б-г своим «дыханием» раздвигает облачную завесу, открывая нам чистое, незамутненное небо. Слово «раздвигает», или «расстилает», того же корня, что и красота - «шифра».
С точки зрения еврейской традиции физический объект может быть красивым лишь в той степени, в какой он раскрывает то, что скрывается за ним или находится внутри него. Не случайно ивритские слова «лицо» и «внутри» одного корня - «паним/пним».
Поэтому красота, раскрывающая только себя, не может считаться истинной красотой. Понятиям «чистое искусство» и «искусство ради искусства» нет места в еврейской системе взглядов. Еврейская красота - это раскрытие внутренней сути.
В пятницу вечером еврейские мужья поют за субботним столом хвалебную песнь своим женам. Эта песнь называется «Эшет хаиль» - «Добродетельная женщина». Она входит в Книгу Мишлей (Притчи царя Шломо). В конце этой песни есть такие слова: «Обманчива прелесть и суетна красота. Жена, боящаяся Б-га, да будет прославлена!»
Когда обаяние и красота поверхностны, когда они не раскрывают свою внутреннюю суть, «пним», они лживы и пусты. Но если они возвышенны и облагорожены внутренней красотой - святостью и духовностью - окружающее их пространство заполняется неотразимо дивным светом. Царю Шломо можно поверить; он разбирался в красоте.
Вид красивого дерева тоже может вызвать двоякую реакцию. Один человек будет восхищенно любоваться его стройным тонким стволом и пышной кроной, испытывая чувство восхищения и признательности Тому, кто создал этот растительный шедевр. А другой ограничится возгласом: «Ух ты, до чего красиво!» Такое примитивное восприятие красоты несовместимо с духовным великолепием Храма. Вот почему в нем не сажали деревья и его территорию не озеленяли.
Мать-природа так хороша собой и до того совершенна, что порой вынуждает нас забыть о том, что у нее есть Отец.

Система жизнеобеспечения
«И пусть будет она [Тора] при нем [царе], и пусть читает он его все дни жизни своей…» (17:19).
В газете писали о человеке, который, пролежав в коме около двадцати лет, однажды проснулся и начал нормально говорить. Очевидно, что все эти годы он слышал и понимал все, что происходило вокруг него. Другим людям и в первую очередь врачам он наверняка казался трупом. Они даже предлагали несколько раз, стоя у его изголовья, отключить приборы жизнедеятельности.
Можно представить себе, что чувствовал этот человек, лежа в постели и слушая подобные дебаты: отключить или не отключить. Ему, наверное, хотелось крикнуть во весь голос: «Я жив! Жив! Не отключайте меня!» Но он не мог проронить ни слова, ни звука, не мог даже пошевелить пальцем.
«И пусть будет она [Тора] при нем [царе], и пусть читает он его все дни жизни своей…» Тора - женского рода, поэтому в первой части этой фразы написано «ве-хайта имо» - «И пусть будет она при нем». Однако во второй части род неожиданно меняется: «ве-кара во» - «и пусть читает он [царь] его». Должно быть не «во», а «ва» - ее, Тору. Что означает эта странная подмена рода?
Скрижали Завета, два камня, на которых Б-г начертал Десять речений, имели квадратную форму. Однако в синагогах их изображают с закругленными верхушками. Почему?
Эта форма напоминает распространенное символическое изображение человеческого сердца: треугольник с двумя округлыми вершинами вверху и одной заостренной вершиной внизу. Когда Б-г давал евреям Тору у горы Синай, ее слова навсегда врезались в их сердца. В этом мире Тора проживает в еврейских сердцах.
«И пусть будет она [Тора] при нем [царе], и пусть читает он его все дни жизни своей…»
Вторую часть стиха можно понять и так: «…и пусть читает он в себе все дни жизни своей…» Тора находится в сердце еврейского царя, и он должен читать ее в себе, внутри себя. Ведь Тора - это голос жизни в каждом еврее.
Наша эпоха породила великое множество мирских соблазнов: успех, деньги, свободный выбор брачного партнера; возможность ездить куда хочешь и делать что хочешь. Сегодня так легко отключить еврейскую систему жизнеобеспечения и раствориться в разноплеменной толпе.
Но душа, наша еврейская душа, даже находясь в коме, не желает умирать. Она беззвучно кричит: «Я жива! Жива! Не отключайте меня!»

Рав Менахем-Михаэль Гитик
Шабат – судья и полицейский – повседневность
«Судей и полицейских поставь во всех вратах своих… справедливость, истину преследуй» Дварим 16:18, 20
Этот комментарий Гурский  ребе, автор «Сфат Эмет» основывает на словах «во всех»  и на книге Зоґар. Пятьдесят врат Мудрости – Бины насчитывает наше … сердце. Именно оно, источник наших устремлений, является «перекрестком» желаний. Там решается, какие врата откроются перед нами - «чистоты - теґора» или, не дай Б-г, альтернативные - «тум’а».
Две системы ворот, открывающие все более глубокие емкости нашего мироощущения, ведут нас либо к Истине, либо… к Пустоте.
В словах «справедливость (истину, цедек), справедливость преследуй» удвоение слова «цедек», как и глагол «преследовать» означают гибельность прекращения поиска, так как любые ворота могут обернуться глухой стенкой духовного тупика, если мы не пытаемся их открыть, дабы увидеть следующие ворота. И требуется максимальная чуткость нашего сердца (судьи) и абсолютная непреклонность наших полицейских (действий, мицвот), которые единственно и позволяют духовное «преследование».
«Шабат - судья» позволяет в обстановке, где повседневность не дает взяток – иллюзий, вернуться (Шабат от корня шав - возвращаться) на путь Истины. А «преследование» осуществляется полицейскими – днями недели, неукоснительно следящими за исполнением решений Шабата.
Альтернатива – «взятка ослепит глаза мудрецов и подменит слова праведников». Т.е. если Шабат перестает быть источником вдохновения, то слова (поступки, полицейские) теряют уровень справедливости (праведности). А пятьдесят врат Иллюзии, несомненно, при всей привлекательности - «малокалорийны», как и всякая Ложь. Ослепление этим миром (например - возможность заработать в Шабат - взятка) лишает нас не только Шабата, но в конечном итоге и этого мира.

Ури Линец
Земной суд
Со школьных лет мы выучили, что надеяться следует только на Божий суд, который воздаст по заслугам “наперсникам разврата”. Тора - посюсторонняя и справедливый суд в этом мире - ее центральная тема. Поэтому, готовясь войти в Землю Израиля, надо установить новую судебную систему: “Судей и распорядителей дай себе во всех воротах твоих, которые Ашем, Эло’им твой даёт тебе по коленам твоим, и будут судить народ судом справедливости” (“Дварим” 16:18). От системы военного похода, где судьями были начальники тысяч, сотен и десятков и коллективное судебное разбирательство могло проходить только на общенациональном уровне совета старейшин, надо перейти к территориальной системе судопроизводства - судьи должны быть в каждом городе. При этом происходит полное отделение судебной системы от административной: если в пустыне судьей одновременно являлся начальник группы, то теперь суды никак не связаны с администрацией. Суды становятся коллективными. Тора требует, чтобы приговор выносился сообразно с мнением большинства, поэтому минимальное число судей равно трем. Этого было достаточно, чтобы выносить решения по делам, где законом не предусмотрены смертные приговоры. В случае, например, убийства у многих народов предусматривалась кровная месть, а у нас - суд: “И будут судить община между бьющим (тем, кто нанес смертельный удар) и между освободителем крови (т.е. кровным мстителем - родственником убитого) по судам этим. И спасут община убийцу от руки освободителя крови” (Бемидбар 35:24-25). За умышленное убийство полагалась смертная казнь, а за неумышленное - ссылка в город-убежище, при этом для осуждения и/или оправдания убийцы необходимо мнение общины, а так Тора называет группу минимум из десяти человек.
Следовательно, минимальное число судей должно быть таким, чтобы могли возникнуть две общины, “оправдывающая” и “осуждающая”, в каждой не менее 10 человек, а поскольку для утверждения смертного приговора необходимо превышение обвиняющих минимум на два голоса, то всего надо иметь минимум двадцать два судьи, но общее их число должно быть нечетным, чтобы исключить “ничейный” результат. Отсюда число судей по важным делам - двадцать три. Такая судейская палата называлась Малый Санэдрин и создавалась в любом населенном пункте, где это позволяла численность населения. Интересно, что в судопроизводстве США есть понятие Большое Жюри, которое собирается для вынесения решения по особо важным делам и состоит именно из двадцати трех судей.
Дела общенационального значения рассматривал Большой Санэдрин, который состоял из семидесяти одного члена.
Интересны правила вынесения приговора Санэдрином. Выслушав дело и допросив свидетелей судьи делились на две группы: оправдывающие и обвиняющие. Смертный приговор мог быть вынесен большинством минимум в два голоса (т.е. 13 против 10). Но если все 23 члена суда признавали человека виновным, то приговор в исполнение не приводился. Душа любого человека содержит искру Божью, а преступление - результат заблуждений и внешних обстоятельств. Следовательно, если не нашлось никого, кто готов оправдать преступника, то данный состав суда недостаточно глубоко разобрался в действиях обвиняемого и его мотивации.
Не случайно суд заседает в воротах города. Тора требует полного равенства всех перед законом, особо отмечая необходимость защиты и справедливости по отношению к пришельцу. Местный житель, в отличие от пришельца прекрасно знает в городе все тупики и закоулки, а ворота - пункт прекрасно известный и жителям и тем, кто только вошел в город, поэтому именно их разумно определить как пункт, где можно получить судебную защиту.
Судьям Тора приказывает: “Не склоняй суд, не лицеприятствуй и не бери взятку, потому что взятка ослепит глаза мудрых и извратит слова праведных” (Дварим 16:19). Наши мудрецы поясняют: “Не склоняй - в пользу бедняка”. В судебной палате нет места искажению закона, даже из лучших побуждений. И если бедный человек виновен и приговорен, например, к денежному штрафу, который не сможет заплатить, то это не повод изменять приговор. Милосердие возможно за пределами суда, например можно помочь бедняку денежной ссудой и т.п. “Не лицеприятствуй - в пользу богатого или знатного”. Русская поговорка “С богатым не судись” у нас не действует. Еврейский суд и сегодня может обвинить и миллионера, и премьер-министра, и президента государства. Наконец под взяткой Тора понимает не совсем то, что мы сегодня. В ту эпоху повсеместно было принято, что, например, при имущественном споре, каждая сторона вначале оплачивала судебные расходы (давала “взятку” судье). Здесь и крылись причины злоупотреблений и коррупции: кто-то мог дать больше и лучше, кто-то нет. Тора провозглашает революционный отказ от этой практики: под влиянием взятки даже мудрые и праведные незаметно для себя теряют объективность. Либо работа судей - почетная общественная обязанность, либо их поддерживает община города.
Индикацией справедливого суда является жизнь народа Израиля и наследование им своей Страны: “Справедливость, справедливость преследуй, ради того, чтобы ты жил и наследовал Страну, которую Ашем, Эло’им твой даёт тебе!” (Дварим 16:19).

 

 


 

шаблоны для dleскачать фильмы
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам , либо войти на сайт под своим именем.
На момент добавления Комментарий к Торе, Книга Дварим, Недельный раздел Шофтим все ссылки были рабочие.

Добавление комментария

Ваше имя:*
E-Mail:*
Текст:
Сколько зелёных
кружков на картинке:*


КНИГИ, ДАРУЮЩИЕ ЖИЗНЬ

Для перехода к просмотру книг - кликните на изображении

Tорат Моше

Для перехода к просмотру книг - кликните на изображении

Для перехода к просмотру книг - кликните на изображении

Партнёры
Внимание!

Все материалы используемые на данном сайте предоставляются только в целях ознакомления и не используются в коммерческих целях. Перепечатка и копирование с целью получения коммерческой выгоды запрещены!
Я желаю арабам мира и процветания — вне Израиля. У них есть 22 страны, у меня — только одна, и я не собираюсь её уступить!

KAX
ВСЕОБЪЕМЛЮЩИЕ ЗНАНИЯ
вместо
МРАКОБЕСИЯ и НЕВЕЖЕСТВА!!!
Уроки Пятикнижия

Лекции на актуальные темы
ТОРА: ОТ ЯВНОГО К ТАЙНОМУ
Зов Сиона

Помощь проекту

Уважаемые посетители!
Ввиду того, что наш проект является некомерческим и не использует навязчивую рекламу, мы нуждаемся в Вашей помощи.
Если у Вас есть возможность хоть как-то помочь нашему проекту, мы были бы Вам признательны. Средства нужны для оплаты сервера и доменных адресов.
Наши счета
:

Z129923397412
Где оплатить
(по всему миру)

Опрос

Правомочна ли постановка вопроса: " Территории в обмен на мир"?


1. Да - это приведет к миру
2. Нет
3. Евреи не имеют права торговать землей, завещанной Б-гом.

Календарь

«    Июнь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Статистика